Улицы разбитых артефактов. Череп в холодильнике

Даже более того, уже позже я выяснил, что это отец подговорил приятелей пригласить на мальчишник девиц. Он прекрасно знал меня, понимал, какой будет моя реакция. И подстроил все так, чтобы я вернулся прямо в самый горячий момент измены. И до конца жизни я теперь обречен вспоминать свою любимую, стонущую в чужих объятиях.

— Мне очень-очень жаль, — искренне сказала я. Подумала немного и от всего сердца предложила: — А давай его убьем?

Нет, в этот момент я не шутила. Если бы Ричард согласился, то я бы тотчас же исполнила это.

Магия тем и хороша, что убивает быстро и бесшумно. А тело… В конце концов, ларь на кухне выглядит достаточно большим, чтобы вместить в себя одного очень противного и злобного барона.

По всей видимости, мое предложение прозвучало настолько серьезно, что барон Вертон заволновался. Побледнел и вжался в спинку кресла, глядя на меня округлившимся от изумления глазами.

— Надеюсь, это шутка? — чуть севшим голосом осведомился он.

Я лишь кровожадно ухмыльнулась и с нескрываемым предвкушением потерла ладони.

Одно лишь слово вашего сына, и вы, барон Вертон, упокоитесь навсегда.

Ричард тем временем всерьез задумался над перспективой навсегда избавиться от опостылевшего родителя. Но почти сразу грустно хмыкнул и покачал головой.

— Нет, Агата, — с явным сожалением отказался он. — Я бы с радостью, но нет. Пусть живет. Просто после того происшествия я предпочел больше не иметь никаких дел со своим семейством. Переехал в город, поступил в академию. Отец первые полгода ждал, когда я, по его словам, наконец-то перебешусь и вернусь в отчий дом.

Затем понял, что я настроен более чем серьезно. И во всеуслышание отрекся от меня, заявив, что титул будет наследовать мой младший брат. Должно быть, надеялся, что я ужаснусь и приползу к нему на коленях, умоляя отменить решение. Но я не возражал. Если честно, я вообще не желаю иметь ничего общего с этим семейством.

Я прекрасно понимала Ричарда. Действительно, от такого человека, как его отец, надлежит держаться как можно дальше! Теперь понятно, почему Ричард за все время нашего знакомства не был мною замечен в любви к прекрасному полу.

После такого происшествия немудрено и ориентацию поменять.

— Я только одного не понимаю, — сказала я, осмыслив все узнанные факты. — Если единственным желанием твоего отца было сорвать свадьбу, то почему он говорит о том, что Магдалла ждет, когда ты одумаешься?

— А это самое смешное. — И Ричард ядовито ухмыльнулся. — Боги любят жестокие шутки.