Лики Богов. Часть I. Война с черным драконом

_____________________________________________________________________________

Малая Тархтария*- автономный округ Великой Тархтарии на берегу реки Танаис.

Вольная Тархтария*- автономный округ в составе Великой Тархтарии. Земли (преимущественно степи), между Аримией и Персией.

Империя

Жаркие лучи ласково касались сливовых листьев, поглаживали бутоны, красующиеся на костлявых графитовых ветвях. В зеркале рукотворного пруда отражались цветущие деревья и белоснежные клубы облаков. Камешек серой рыбёшкой глухо булькнул в водной толще, погнав сотни кругов.

Откинув широкие полы шёлкового ханьфу*, восьмилетний мальчик перебирал камни, окантовывающие пруд. Найдя нужный, Вэньшуну улыбнулся, подбежал к стволу сливы – на травяном бархате красовалась картина, выложенная листьями и лепестками, песком и камушками. Аккуратно поместив находку в центр своего творения, наследник престола в умилении сцепил руки.

Серые камни оттенялись фиолетовыми лепестками, яркая зелень отделяла заворачивающийся вихрь от песчаного полотна.

В игре цвета, формы и фактуры мальчику виделось зарождение мира, сотворение прекрасного, величественного дома людей и животных из неудержимого хаоса.

Улыбнувшись искромётной мысли, Вэньшуну поднял тоненькую веточку, провёл по песку, выводя причудливые линии. Оставив её, бросился к пруду, окунул руки. Взбрызнув песок, придирчиво взглянул на каменные завихрения; вновь приблизившись к воде, намочил край расшитого пояса. Влажная ткань коснулась серой поверхности, рождая новые оттенки, – теперь принц был всецело доволен результатом.

Неожиданно из-за раскидистых слив послышался родной голос, отозвавшись трепетом в детской душе. Вэньшуну поспешил покинуть благоухающее укрытие.

— Мой господин, — залепетал мальчик, сгорая от желания явить деду своё творение, — Повелитель, вы должны посмотреть на это.

Император, замолчав на полуслове, удивлённо посмотрел на наследного принца. Изогнув седую бровь, жестом велел внуку ждать.

— Вся ли дань собрана? — повторил свой вопрос император.

— Да, Повелитель, — поклонился казначей, вытянув перед собой свиток, украшенный красной лентой.

— Никто не противился?

— Никто не смеет противиться Великому императору, — не разгибаясь и не поднимая взора, ответил казначей.

— Что ж, — безразлично бросил владыка, приняв свиток, — ты свободен.

— Рад служить вам, Повелитель, — пятясь и кланяясь, отозвался слуга и спешно удалился.