Пересвет

Трижды ходил яростными походами Ольгерд на упрямый город князя Дмитрия, пока, наконец, не разгромило московское войско в страшном бою и отчаянных литвинов и гордых тверичей.

Тогда Ольгерд решил покорить Дмитрия не силой, но умом. Москвой правил митрополит Алексий, а князь делал то, что владыка велит. И хотя был Алексий митрополит всея Руси, но из-за московских дел ни в Смоленске, ни в Киеве, ни в литовских городах, где христиане, не бывал.

Написал Ольгерд письмо патриарху в Царьград, дескать, ветшает и рушится вера православная без окормления владыки.

Да и стар, дескать, уже Алексий, надо ему замену подыскать, молодого да церковным делам приверженного. Чтобы не как московский владыка, не только о княжеских заботах думал, но и о пастве не забывал. Приложил и переписку свою с Алексием, где просил того вернуться в Киев, мать городов русских и оттуда русскими христианами править. Алексий же отказался.

Послал Ольгерд в Царьград епископа Киприана, денег дал ему немало: патриархи с давних пор русское золото принимают с большой охотой.

В Царьграде долго думали. При живом митрополите всея Руси ещё одного ставить? Неслыханное дело, да и на будущее опасное — смуту так посеять можно на долгие годы.

Опять же Москва деньги исправно шлёт на всякие патриаршьи нужды. Прямо закручинились в Царьграде. И Ольгерду отказывать не стоит, воистину великий князь, может и обидеться, и к папистам переметнуться, хотя и сам язычник, но в Литве уж крепко вера православная стоит.

Но византийская хитрость всё превозмогла. Патриарх рукоположил Киприана митрополитом Киевским, Литовским и Русским. И так решили на соборе, что как Алексий умрёт, Киприан вместо него на Москве станет. В Киеве, где сотня домов осталась, делать то нечего.

Скончался Алексий и Киприан тут же в Москву ринулся. Но князь Дмитрий уже знал, кого митрополитом хочет и это был не Киприан. Оскорбившись, что тот без его ведома в Москву приехал, приказал ограбить всех, кто с ним приехал и вышвырнуть за пределы московские.

Скандал был громкий. Киприан обиделся, но Дмитрию его слёзы, как вода. Да и Ольгерда уже нет, а его щенка — Ягайлы, никто особо ещё не боялся.

Направил князь московский в Царьград своего друга Митяя, дал свиту, денег немало — митрополитом чтоб его назначили. Но попы против того были. Привыкли они на Москве при Алексии править, и надоели своими советами князю Дмитрию Ивановичу хуже комаров занудных.