Только не это!

Довериться фактору случайности очень в духе тех, кто до сих пор верит в астрологию.

— Спорим. Та из нас, кто проиграет, публично признает превосходство другой и заткнётся.

— Договорились.

С напускными гримасами отвращения мы пожали друг другу руки и поспешили на завтрак.

Друзья встретили меня на полпути в столовую. Мы не виделись со вчерашней тренировки, каждому нашлось что рассказать. Лёва оставался на стадионе с «Боевыми фениксами» до самого отбоя, Майло гулял с Марленой, а я траванулась печеньями тролля-привратника и остаток дня не выходила из своей комнаты.

Столовую быстро заполнили радостно галдящие студенты, которым не надо беспокоиться о том, что Варлоу снимет с них шкуру, если артефакт не будет разбит в ближайшие два дня. Они болтали о завтрашнем финальном матче, сокрушаясь, что Ливси не отменил занятия, и подшучивали над подозрительно выглядящими булочками. Если повезёт, профессора не заметят нас в такой толкучке и не станут портить аппетит своими подозрительными лицами.

Пока мы стояли с подносами у раздаточной стойки, я заметила Фелисити.

Поймав мой взгляд, она холодно улыбнулась, прошла мимо своих подруг и демонстративно подсела за столик к Ингрэю. Подхватила светлого под руку, прильнула к нему всем своим стройным телом и что-то зашептала на ухо. Пытается доказать всем вокруг, что всё ещё королева? Ну-ну.

— Иви? — Лёва осторожно позвал меня.

— Что?

— У тебя такой взгляд, будто ты задумала убийство.

— Всё в порядке. Бери свою овсянку и пойдём.

Со злостью отвернулась от парочки.

В груди стянулся ком из неприятных чувств непередаваемого оттенка. Руки так и чесались схватить Фелисити за её платиновые волосы и оттащить подальше. Противно даже представить, как Ингрэй будет её целовать. А ведь будет! Хотя чего это я завелась? Он мне ничего не обещал и тем более не должен. Не после вчерашнего.

— В подвалах кухни пусто, — поведал Майло, как только мы устроились за нашим излюбленным столиком. — Никаких зеркал. Нет даже полированных крышек от кастрюль. Фигня полная.

Мои вести тоже не порадовали:

— У тролля в башне тоже голяк.

Зря только давилась его печеньями половину вечера. — Я протяжно вздохнула. Привратник так обрадовался гостье, что вытащил из закромов сладости своей родины и вынудил меня попробовать их все. Какая же они гадость! Можно долго отрицать, но тёмные готовить не умеют. — А что под ареной стадиона? Лёва?

Лёва молчал. Молчал и ковырялся в тарелке с таким мрачным видом, будто Варлоу удалось выбраться из котла с маслом.