Цена доверия. Кн.2. Протянутая ладонь.

Ведь такие недотроги метят не в любовницы, а в жены, что, безусловно, выглядит гораздо худшим преступлением в глазах высокомерного родовитого холостяка. То есть в глазах единственного наследника министра вен Борз.

— Я слышала, как вы сегодня утром разговаривали со служанкой. Она убежала от вас в слезах.

Ах, да. Девочка возомнила, что незаменима, и слишком высоко задрала голову. Забыв, что от нее требуются только ноги, точнее, то, что между ними. Вадим весьма откровенно высказал, что о ней думает, и отправил восвояси.

Без тех подарков и преференций, на которые рассчитывала эта неумная, хоть и весьма услужливая женщина.

— И что? Я должен вытирать сопли всем слугам в доме или только этой?

— Вы воспользовались своим положением...

— Да неужели?

Вен Борз развернулся, в три шага подошёл к Зоряне. Взгляды скрестились, словно шпаги. Но аристократ не собирался бить до крови, только слегка шлёпнуть плашмя.

— С вами что-то воспользоваться не получилось. Не будьте дурой. Я выразил интерес — она с готовностью прыгнула в мою постель.

К обоюдному удовольствию. Судя по умениям, несчастная эта давно не девица и жалеть ей не о чем. Я не первый ее трофей. К тому же она получила пару дней назад достойное вознаграждение, жаловаться ей не на что. А тот, кто не знает своего места и хочет слишком многого — теряет то, что имеет. Это закон, действующий в любом разумном обществе.

Огонь в глазах доны Добре не погас. Вадим раздражённо добавил:

— Вы же сами пример того, что люди делают тот выбор, который им приятнее.

Вы мне отказали. Разве я вам докучал после этого?

Зоряна не желала слушать доводы рассудка.

— Я — не служанка.

Что ж, сама напросилась. Хочешь честности — получай.

— Спите этажом ниже, да. А так не сильно отличаетесь, поверьте. И то, что вы обедаете за одним столом с хозяйкой — лишь причуда вены Силь. Вы — работник. Кто-то вроде временного секретаря. Даже не постоянного. Вы — не человек, вы — функция, услуга. До вас никому здесь нет никакого дела. Как и до этой доступной служанки.

Девушка не выдержала — моргнула, отвела взгляд. Глаза ее заблестели от слез.

— Действительно, кому какое дело до обслуги, если господам хочется повеселится? Что ж, — она сделала низкий реверанс, — простите, разговором вас развлечет кто-нибудь другой, мне надо идти служить. На благо вашей вене Силь.

Она схватила со стула плащ, который сама же туда и бросила минут пятнадцать назад, и шагнула к входной двери. Вадим перехватил ее руку.