Цена доверия. Кн.2. Протянутая ладонь.

К вечеру Дея сноровисто бегала между столами, разнося еду и напитки. Посетителей было немного, да и прежней задушевности, что царила в обеденной при Азарине, не чувствовалось. Но люди заходили, ели, перекидывались парой слов и уходили, оставляя монеты. Под вечер Деяна заперла входную дверь, пересчитала деньги и направилась решительным шагом прочь от дома. В привязанном к поясу кошельке едва слышно позвякивали монеты. Но не успела она отойти и на десять шагов, как ее схватили за локоть.

— Куда?

Дея не успела вырвать руку — тижиец сам отпустил ее, едва она остановилась.

— Не твое дело.

— Моо. Мой-о. Моё.

Деяна упрямо шагнула вперёд. Ей никто не препятствовал. Но когда через пару минут она обернулась, то заметила, что настырный степняк идёт следом за ней, прокручивая в руках сорванный у колодца цветок. Что она могла с ним сделать? Ничего. И Дея решила не обращать на него внимания.

Солнце почти скрылось, когда она наконец нашла дом доктора. Тот отказался куда-либо идти на ночь глядя, но пообещал осмотреть больную с утра.

К радости девушки, залог он не взял, сказал, что деньги дают после осмотра. Обещание доктора прийти спозаранку взбодрило Дею.

По возвращении на постоялый двор, девушка проведала все ещё мирно спящую Азарину, оставила на маленьком столе рядом с кроватью кувшин с морсом и кусок пирога. Протёрла столы, помыла посуду и не удержалась, вышла на улицу, зорко поглядывая по сторонам.

Барот устраивался спать на конюшне, где спал несколько ночей до ареста доны Брит. Шуршал сеном: то ли не мог улечься, то ли гонял юркую мышь.

Деяна немного постояла рядом с постройкой, прислушиваясь к шорохам, изредка перемежающимся тижийскими словами, вздохнула, поплелась к дому. Азарина разозлится, что она не выполнила ее поручение.

Дело шло к полуночи, когда Дея негромко постучала по двери конюшни, а потом зашла внутрь. На куче сена, перевернувшись на живот, спал, похрапывая, тижиец.

— Эй, — она склонилась над мужчиной, протянула руку к его плечу. И даже пикнуть не успела, когда темная фигура взметнулась на ноги с поистине звериной быстротой и ловкостью.

Ее ладонь тут же схватили, руку вывернули за спину, ударили по ногам. Свеча упала на пол, следом — сама Деяна. Благо, перед ней было сено, а то расквасила бы нос, как какая-нибудь пьяница.

— Больно! Ты белены объелся?

Ее отпустили. Мужчина шагнул в сторону, провел рукой по лицу, словно снимая с него паутину.

— Просты. Я... нэ думал, что это ты. Нэ ждал.

Вспомнив прошлую ночь, Дея вздрогнула.