Один шаг до рассвета

— Господин, сегодня градоначальник не принимает, — сообщили они.

Давер медленно проговорил бархатным голосом:

— Я думаю, меня он все же примет!

В глазах охранников отразилось безразличие. Сделав поклон, мужчины немедленно отступили в сторону, уступая дорогу. Ричард обернулся на площадь, которая начала заполняться крытыми телегами. Некоторые уже тронулись в путь, громко стуча колесами о мостовую. Он не знал, куда именно они направляются, но это было зрелище, которое вызывало в нем любопытство.

Лорд поспешил к губернатору, который мог дать ответы сразу на много вопросов.

Давер открыл дверь без стука, из-за чего худощавый лысый старик поднялся из-за деревянного стола, заваленного бумагами.

— Кто пропустил? — возмутился он.

Вампир лишь ухмыльнулся, продемонстрировав белоснежные зубы, и градоначальник, словно истукан, замер на месте. Его глаза застыли, словно два стеклянных шара, под властью нечеловеческой силы. В сознание нежно проникло мерцающее свечение, прерывая мышление и заволакивая туманом забвения.

В это время Давер подошел, сел напротив и начал спрашивать тихим, но завораживающим голосом. Слова обволакивали разум градоначальника, словно теплые волнующие объятия.

— Куда направляется караван?

— В Калидум, — покорно ответил старик.

— Где находится вход в тоннели?

— Он находится...

Раздался оглушительный взрыв, который заставил землю дрожать. Сила порыва выбила окна, которые разлетелись на осколки, создавая мрачную картину опустошения.

Лорда и градоначальника с силой откинуло к противоположной стене, словно бумажных кукол. Пыль заполнила комнату, затрудняя дыхание и ухудшая видимость. Давер, едва пришедший в себя, смог отбросить упавший на него тяжелый стол. Слух стал возвращаться. Ричард смог услышать стоны и крики находящихся снаружи, в центре разрушения.

Но градоначальнику повезло гораздо меньше. Голова его была пробита осколком, и кровь сочилась по изувеченному лицу.

— Проклятье! — выругался лорд.

Он подошел к образовавшейся бреши в стене. Площадь напоминала

выжженную пустыню, где только недавно царили жизнь и шум городской суеты. Устрашающий огонь зеленоватого цвета безжалостно охватывал каждого своим пламенем, не оставляя никакой возможности для спасения. Воздух был пропитан духом смерти, а тела находившихся на площади людей позабыли свою прежнюю форму и распадались на пепел, который развеивался ветром.