Один шаг до рассвета

— Дочь моя, — ласково улыбнулся старый лорд, его глаза источали истинную любовь, — ты с детства любила загадки. Ты наверняка оставила в комнате подсказку, чтобы память вернулась. Портрет Адриана, наверняка, некий ключ.

Элизабет глубоко вздохнула. Ее душа ощущала потрясение, она не могла осознать, что является аристократкой и помолвлена с императором. Тем самым заключенная в оковы статуса. Прошлое, словно тень, напоминало об обещании быть невестой. И, наверное, тогда Элизабет на самом деле мечтала о том, чтобы быть рядом с императором.

Но все изменилось за этот год. Изменилось в одну-единственную ночь, когда она повстречалась с вампиром – существом из ночных кошмаров, которое оказалось куда благороднее и мудрее многих людей.

Отец понимал чувства дочери:

— Элизабет, отдохни. Я позову Лару, она многое расскажет. А лорду Даверу я покажу его покои. Они располагаются чуть дальше. Обычно наши гости живут в другом крыле, но, чтобы было спокойно вам и Элизабет, вы будете жить чуть дальше по коридору.

Давер кивнул Элизабет, взглядом давая понять, что будет рядом. Когда мужчины вышли, она осталась наедине в глубокой задумчивости.

— Лорд Мариза, — начал Ричард, не скрывая любопытства, — Так как получается, что человек может заблокировать себе память?

Лорд Мариза улыбнулся и ответил с гордостью в голосе:

— О, Лорд Давер. Все просто - разум человека способен на многое, только не каждый может им управлять. Много столетий знатные роды учились этому искусству. В основном это нужно, чтобы враги не узнали какую-нибудь тайну.

Избирательно блокировать память умеют немногие. Люди забывали свои жизни. Обычно, при добровольном забывании, оставляют свои имена, как будто разум сопротивляется другому. Для этого они делали себе ключи, по которым память возвращалась. Скорее всего, моя дочь сама слишком самонадеянно лишила себя памяти.

— Нельзя винить ее, у Элизабет наверняка были веские причины, — сказал Ричард.

— У Элизабет всегда было обостренное чувство справедливости.

Она готова пожертвовать своим благосостоянием и комфортом во имя высших принципов. Мы боролись с орденом во имя справедливости, но каждый раз они оказывались на шаг впереди. А вот и ваша комната.

Ричард остановил рукой старика:

— Благодарю, я разберусь. Пусть пропустят во дворец моего слугу.

Старый лорд нахмурился, не привыкший, что ему дает указание почти юнец, но быстро взял себя в руки и ответил тактично:

— Не волнуйтесь.

На этом они попрощались.