Игра бабочек

Но секунда прошла, и реальность со всеми ее проблемами вновь заставила его постараться взять в свои руки течение событий.

— Идемте. Дело есть дело.

Девана может радоваться жизни сколько угодно. Но скоро ей придется не до смеха. У драконов может быть только одна королева и дочери королевы придется взять на себя это бремя.

Младший толкнул его рукой, подходя к темнеющему входу в палатку.

— Сейчас, только заберу свое барахлишко. Именно ты научил меня этому отличному слову.

Рука молодого человека оказалась тяжёлой.

Ярне решил, что больше не будет устраивать с ним поединков. Даже не всерьез. Особенно не всерьез. А парень, напившийся солнечного тепла, вновь рассмеялся.

— Хватит занудствовать. Вы любите котиков, господа? Я уверен, что полюбите.

Посвященный в своем длинном балахоне плавно, как лист, начинающий свое падение с высокой ветви, отступил в сторону, уступая путь молодому стражу, и сложил руки на груди. Его совсем коротко подстриженные седые волосы вкупе с резкими чертами лица и внимательными, совсем не по-старчески, живыми глазами придавали священнику облик римского императора или сенатора.

Так, как их привыкли изображать в том, другом мире скульпторы-современники или киношные режиссеры. Морщины не старили этого человека, а только добавляли решительности его облику, излишней резкости, и тени пролегли там, где их на самом деле не было.

Да и голос его, прозвучавший на фоне доносящихся со стороны плаца звуков, слышался уверенно и звучно.

— Бывают котики с душой волкодавов и бывают волкодавы с душой котят.

Ярне добавил еще одну запись в книжку знаний под названием «первосвященник». Но младший прав, нужно забрать вещи и постараться собрать мысли в кулак. Сейчас их ожидало много интересного.

Каменные стены дома видели почти столько же поколений Ферреров сколько и магическое дерево. Новомодные обновления здесь не приветствовались, и единственное нововведение, которое бросалось в глаза — стекло на всех без исключения окнах усадьбы. Но ставни, наверняка, сохранились еще со времен последнего нашествия германцев.

Ярне даже захотелось подойти и рассмотреть внимательно украшавшую черные створки резьбу. Но времени не было. Кроме того, внимание стража привлек весьма импозантный субъект, ожидавший у входных дверей дома. Взгляд, которым здоровяк окинул стражей, говорил о его профессионализме.

Феррер прошел в дом, не обращая внимания на человека в старомодном черном дублете с оранжевыми отворотами.