Игра бабочек

Но сейчас меня занимает совсем другое. Было бы интересно узнать, откуда вы родом.

Рука Карраско не дрогнула, на этой территории не стоило искать ничего необыкновенного. Но попробовать всегда можно.

— В моем происхождении нет ничего интересного, мастер Ярне. В отличие от вашего. Но если уж вы так хотите.

Эйден разжал ладонь и небрежным движением пригласил собеседника внутрь дома.

— Но позже. Вас уже заждались.

Войдя в холл, страж невольно поднял голову. Комната выглядела так, будто здесь совсем недавно проводили съемки средневекового фильма.

Стражу даже стало немного смешно, настолько антураж соответствовал воображаемому месту, где должны собраться рыцари-заговорщики. Над головой все пространство у старых, закопченных балок перекрытий занимали свешивающиеся со стен флаги на длинных древках. На противоположной от входа стене промежутки между высокими окнами были увешаны выцветшими гобеленами. Они оказались такой высоты, что галерея, расположенная на уровне второго этажа, разделяла их как раз посредине. Несмотря на такой большой размер, света сквозь окна проникало мало, и кто-то уже предусмотрительно разжег несколько десятков свечей на двух железных светильниках, подвешенных прямо над расположенным посреди комнаты столом. Стена справа с огромным камином, закрытым металлической решеткой, была увешана звериными шкурами и оружием. Топоры, копья, алебарды, арбалеты и потемневшие от времени тяжелые клинки. Этим арсеналом можно было вооружить целый взвод.

На противоположной стене висел только один ростовой портрет.

Седоватый мужчина в кольчуге и со шлемом в одной руке опирался другой на длинный, грозного вида меч. Широкая борода спускалась до середины груди. За спиной пылали стены какой-то крепости. Лицо на портрете словно жило своей собственной странной жизнью в свете колеблющихся языков свечей.

Вдоль стены стояли в ряд антикварного вида кресла, изготовленные из темного дерева и обитые в тон тёмно-багровой тканью.

Прямо под портретом в соседних креслах сидели невестка и дочь хозяина поместья.

Хотя они изо всех сил старались никак не выдать своих эмоций, невозможно было не заметить напряжение, буквально повисшее между ними осязаемым темным облаком. Ханна незаметно положила свою руку поверх ладони Валборги, прижимая руку дочери к подлокотнику кресла. Та откинулась на спинку и, вздернув подбородок, старательно смотрела перед собой, демонстративно не обращая внимания на вошедшего.