Не оставляй меня

Но прежде всего её руки метнулись к сбившейся вуали, закрывая лицо. Лицо Кары Хань.

— Вернитесь на свое место.

Шепот показался оглушительным. Нэй машинально выполнил приказ и замер во главе отряда. Мысли метались, как летучие мыши в подземелье, потревоженные светом фонаря.

Кара мертва. Рапорт составлен, церемония прощания проведена. Тогда... почему она здесь, на месте королевы? Хотелось потереть виски, прогоняя скованность, но он не посмел даже пошевелиться: здесь, на главной площади столицы в день коронации, все подчинено строгому ритуалу.

И покушение — не причина его менять.

Он оглядел трибуны. На главной стоял отец. Спокойно стоял, словно ничего не произошло. Значит... он знал? Ну, конечно знал! Подменить королеву солдатом можно только с ведома Канцлера. А значит... покушения ждали? И подготовились? И новая королева сейчас наблюдает за происходящим из безопасного места. Или... о том, что её величества может уже не быть в живых, думать не хотелось. Но привычка анализировать никуда не делась.

С момента гибели наследного принца его сестра везде появлялась, скрыв лицо за плотной вуалью. Считалось, что она прячет следы горя. Хорошая легенда: потерять разом и родителей, и брата, наверное, очень тяжело. Но вполне возможно, что на смерти Наследника череда покушений не закончилась. Просто... последнее могли скрыть. Принцесса редко появлялась на публике, предпочитала учиться за границей, сохраняя инкогнито, так что убийство могло пройти незамеченным. А вот для страны потеря последнего представителя правящей семьи оборачивалась катастрофой.

Троюродная бабушка Наследницы не могла оставить наследников, да и править — тоже. Вполне в духе Канцлера было заменить мертвую принцессу двойником. Хотя бы затем, чтобы избежать беды, дать себе время на маневр, разработать план действий.

Всю оставшуюся церемонию Нэй молчал, четко выполняя все, что от него требовалось. И все же не мог понять, почему именно Кара? И... как она выжила? Сердце в груди замирало, и хотелось петь.

И даже боль в ноге не казалась такой сильной.

Праздник в Академии по поводу коронации совпал с торжествами, посвященными очередному выпуску. Младшие курсы смотрели на закончивших обучение с завистью: принести присягу на Дворцовой площади, перед лицом самой королевы, а не на плацу в присутствии дальних родственников правящего дома считалось небывалой честью.

Нэя мало заботили предрассудки. И долгие наставления он не любил.