Не оставляй меня

— Ваше величество, — решился вмешаться врач. — Вы обещали...

— Да-да, — королева послушно отдала планшет, — только сообщите всем, что пришла в себя и не происходит ничего страшного.

Последнее она прошептала, уже проваливаясь в темную, баюкающую пучину сна.

Проснулась Адель сама. Прислушалась и поняла — в комнате есть еще кто-то.

Наверное, она слишком резко открыла глаза — все завертелось, и желудок сжался в тугой комок. Поборов тошноту, девушка огляделась.

Справа, откинувшись на спинку стула, дремал Нэй. В кресле у окна спал врач.

Но попытки Адель сесть тут же подбросили обоих на ноги.

— Ваше величество, вам нельзя вставать!

— Ерунда. Лейтенант, ступайте, вам необходимо выспаться. Доктор, вы бы тоже... вышли. И пришлите горничную.

Мужчины неохотно покинули спальню. Но выполнять приказ дальше Нэй и не подумал. Он пропустил горничную и замер у двери.

— Лейтенант, — прищур врача не предвещал ничего хорошего. — Вам бы тоже отдохнуть.

— На том свете отдохну. Сейчас не время.

— Ну да, ну да... И где вас нашли, такого?

— Какого? — тут же ощерился Нэй. Усталость сделала его раздражительным.

— Да... упрямого, — усмехнулся врач. — Это надо же, как похожи. Будет интересно...

Что именно, он не договорил, а Нэй не успел уточнить — послышался голос королевы. Она приказывала позвать Канцлера.

Тот явился немедленно — все это время он не покидал Дворец, решая навалившиеся проблемы. Но прежде, чем зайти к королеве, бросил сыну:

— Ступай, отдохни.

Обида ударила хлыстом. Но отец был прав — сил почти не осталось. И все же Нэй медлил: королева гневалась, её голос долетал даже сквозь закрытую дверь:

— Кто знает, что произойдет, если я не появлюсь перед журналистами! Попытка переворота? Бунт? Политическое давление со стороны соседей?

— Лейтенант Байю!

Нэй вздрогнул. Прямо перед ним стоял начальник Службы Безопасности.

— Теряете хватку. Слишком устали. Ступайте отдыхать, у вас четыре часа.

Нэю оставалось только козырнуть и выполнять тройной приказ.

***

Комната в общежитии неожиданно оказалась убранной. Вещи выстираны, отглажены и разложены по местам. На столе, прикрытый клошем, стоял то ли поздний завтрак, то ли ранний обед... Нэй приподнял крышку. В лицо ударил аромат горячего, приправленного специями мяса.Значит, еду принесли только что...Нарушение порядков армейского общежития требовало осмысления. Но сил не осталось.