Не оставляй меня

Мысли о родителях причиняли нестерпимую боль, которую нельзя было выплеснуть ни в слезах, ни в крике... И Кара думала о брате. О том, что ему сейчас еще тяжелее, чем ей — стоять в кондиционированных залах Дворца, выслушивать соболезнования, принимать участие в заседаниях Совета... Их сейчас очень много, гибель его величества запустила глубинные процессы, незаметные взгляду простого человека. Следовало вернуть все на прежние рельсы до того, как изменения станут катастрофическими.

Рядом с Наследником — жена. Она поддержит, подставит плечо.

А Кара... рядом с ней сокурсники. И пусть им не открыть истинной причины, переживать в их компании горе куда легче, чем среди официальных приемов, где за скорбными масками часто скрыты радостные оскалы.

А еще задание... Сейчас оно казалось невероятно важным. Здесь, на границе королевства, происходили события, способные разорвать мир. Косту как никогда нужна помощь сестры. И она справится. Жаль только, командир остался в Академии...

Мысли скользнули к лейтенанту.

Сейчас, на грани сна и яви, они казались спокойными и не причиняли боли. А может, её заглушила другая, более острая... Или Кара все же научилась справляться со своими чувствами? Она не стала разбираться. Просто приняла как данность, что уже скучает. И порадовалась, что Нэй Байю ничего не знает об истинном происхождении одного из своих курсантов. Он бы не поменял своего отношения, не тот характер. Но вот настоять на возвращении принцессы домой вполне в его духе. Как и в духе его отца. То, что Кост сумел сохранить все в тайне от Канцлера. .. Кара покачала головой и поднялась — автобус прибыл к месту назначения.

***

— Ваше высочество, — Канцлер догнал Наследника у самой машины. — Мы никак не можем связаться с её высочеством. Телефон не отвечает, а отследить по навигатору невозможно.

Кронпринц, еще не коронованный король, кивнул:

— Знаю. Я пошлю сообщение сегодня же.

Канцлер отступил с легким поклоном. Наследник нырнул в прохладу салона, доставая телефон. Рассеяно улыбнулся жене, качающей на руках малыша, и набрал номер.

Тихо заурчал мотор, кортеж выехал в распахнутые ворота, мимо вытянувшихся в струнку гвардейцев.

— Диам? Да, надо встретиться. Я выделю сегодня время, ночью, да, раньше никак... Это касается...

Канцлер смотрел на закрывающиеся створки. Солнце сверкало на золоченых кончиках пик, венчающих столбы ворот. Они ярко выделялись на фоне плотной зелени. Кортеж скрылся за деревьями, и грохот взрыва заставил землю содрогнуться.