Ведьмины тени

Привычная уже слабость вдруг отозвалась не во всём теле, а лишь кольнула язык почти незаметным отголоском и я внезапно прозрела: она на меня накатывала лишь в том случае, если я ей сопротивлялась.

Джексону же я хотела ответить сама.

— Нет, — мотнула я головой. — Это хорошо, — прошептала я.

У меня сердце тут же забилось заполошно от его улыбки. До меня дошло, что моего ответа он ждал, затаив дыхание, а сейчас улыбался — ярко, широко, мне. Он не стал переплетать пальцы снова — обнял меня за плечи и пошёл медленно по дорожке, а я смущённо потёрлась щекой о его плечо.

Вся неловкость, что была между нами, дымом улетела в звёздное осеннее небо. С Джексоном оказалось неожиданно легко и потрясающе клёво — мы, как два старинных друга, болтали обо всём и ни о чём, и не могли наговориться, будто навёрстывая упущенное. Прошло несколько часов, когда он щёлкнул внезапно меня по носу и тут же с криком «Ты же совсем замёрзла!», потащил к выходу из парка. Мы вернулись в «Зелёный гладиолус». Мара, клюя носом за прилавком, лишь окинула нас внимательным взглядом, и бросив мне: «Твоя очередь», сбежала спать к себе на второй этаж. Я сделала нам напитки погорячее и подогрела немного в микроволновке остатки выпечки — так она стала мягче и ароматнее. Я собиралась устроиться напротив Джексона за столиком у окна, но он протянул руку и подтянул меня к себе, усаживая рядом на подоконник. А затем вдруг обнял, внимательно глядя в глаза.

— Что? — смутилась я, не зная, куда девать глаза, руки, и вообще как дышать.

— Поцелуй меня, принцесса, — вдруг низким голосом прошептал он, не отрывая от меня взгляда. Я еле слышно выдохнула. Он приказывал, это было желание, но меня вдруг впервые окатило не слабостью, а томным удовольствием. Я не умела целоваться — кроме пары поцелуев в лоб от кузенов и родственников по мужской линии, мне достались лишь те два чмока от самого Джексона. Но сопротивляться я не могла, да и не хотела — губы медленно двинулся ему навстречу. Впрочем, он ждать не стал — наклонился и поцеловал первый.

Мне показалось, что я сейчас умру.

Мне показалось, что я сейчас взлечу.

Мне показалось, что я сейчас растаю.

У меня в голове была звонкая пустота, сердце качало кровь с бешеной скоростью, было жарко в груди так, что впору тушить пожар, а руки и ноги вдруг заледенели и задрожали. И когда он, наконец оторвался (мне казалось, что прошли столетия), то наверняка подумал, что я сошла с ума — наверняка мой взгляд был очень безумным.