Юна - ученица волшебника. книга3

Вместо привычного и ласкового «Радость моя, пора вставать» в уши ввинтилось на удивление сердитое «Юна, это что?».

Я села на кровати и растерянно моргнула. Полубог двумя пальцами протянул мне оставленный на столе рисунок.

– А... – всё ещё толком не проснувшись, вгляделась в изображение я, – это Майк нарисовал. Я ему позировала вчера.

У Каудаты даже лицо побелело:

– Спрячь это, пожалуйста, и больше никому не показывай.

Я обиженно насупилась:

– Ни за что. Я там красивая.

– Ты всегда красивая, – с тоской выдохнул он, – но позировать постороннему мужчине в одной простынке.

.. Это просто немыслимо... Пообещай, что больше никогда такого не сделаешь. А с этим Майком я сам сегодня потолкую. Где, ты говоришь, он работает?

– Не твоё дело, – внезапно обозлилась я. Столько времени потратила на то, чтобы вернуть себе самостоятельность, а он снова за старое. А ведь я, между прочим, давно не ребёнок... – Хватит меня контролировать. И вообще – жене своей будешь указывать.

– Жене, значит? – Каудата зловеще улыбнулся.

– Хорошо, я тебя понял.

Бросил рисунок на стол и вышел из комнаты.

Я накрыла голову подушкой и рухнула обратно на постель.

– О боги! Что же я натворила?

Глава 13

С остервенением раздирая волосы расчёской, я сидела на бортике ванной и старалась понять, чего во мне больше: злости или раскаяния? C одной стороны, я вывела из себя самого доброго и терпеливого человека в этом мире. С другой – никто не имеет права угрожать моим друзьям, особенно по такой идиотской причине.

Какое ему дело до того, с кем я встречаюсь? Я не его собственность, и точка. И вообще – у него невеста есть.

Да, всё-таки злости было больше. Она затопила меня целиком и начала нашептывать на ухо разные гадости. Надо ли говорить, что на зарядку я вышла в совершенно невменяемом состоянии? Встретила кипящий бешенством взгляд полубога и яростно ответила ему тем же.

К завтраку атмосфера в нашем небольшом коллективе окончательно испортилась. Каудата мрачно молчал, я хлопала дверцами кухонных шкафчиков, громко стучала посудой и швыряла полотенца, а мастер и Антоний озадаченно на это смотрели.

– А что, собственно говоря, случилось? – рискнул спросить учитель, когда я плюхнула на стол горшок с кашей.

– Ничего, – с деланным равнодушием отозвалась я, – всем приятного аппетита.

– Каудата?

– Ничего, – пожал плечами парень.

Успокоился. Но только внешне. А внутри самое настоящее пекло. Того и гляди взорвётся.