Юна - ученица волшебника. книга3

Я могла сколько угодно сомневаться в своих силах, но вера в друзей так и осталась непоколебимой. Последние три года сплотили нас, сделали мудрее, сильнее, надёжнее: прекрасная команда, с которой и против острозубов не стыдно.

На фоне беснующейся силы укус за лодыжку прошёл почти незамеченным. Я лишь успела подумать «хорошо, что не за руку» и продолжила пение. Ещё пара мелких уколов непонятно куда и громкий выкрик мастера Свенсона:

– Рран – рруан – ми – прето!

Клыкастая морда, лезущая под капюшон, и закрывающийся зев стихийного портала.

..

– Всё, закончили!

Я с визгом отбросила вцепившуюся в мой нос тварь и торопливо промокнула рану рукавом. Хвала архимагу Корнелиусу и его упражнениям! Выдержала!

– Что дальше?

Из-под водосточной трубы выглянул сосредоточенный Антоний. Его этот вопрос тоже интересовал.

– В укрытие, – тут же сориентировался Каудата и, взвалив на себя еле переставляющего ноги мастера, побежал к ближайшему дому. Сгрузил ношу в угол между двумя стенами, впихнул туда же меня и дал проскользнуть Антонию.

Встал, загораживая нас собой, выдернул из-за пояса нож и приготовился обороняться.

– Следи за небом, – в перерывах между ударами командовал он, – напои мастера зверобоем, сама тоже выпей. Восстанавливайте силу через кристаллы. Меня хватит минут на пять. Яд слишком сильный. Не успеваю.

Дальше я действовала почти не задумываясь: раздать противоядие, впитать энергию кристаллов, пустить воздушную волну, отбрасывая наиболее назойливых тварей, создать щит на всех, добить оказавшихся внутри монстров, усадить на землю искусанного Каудату, напоить противоядием, обработать раны, подавать кристаллы, ждать.

..

Потом мы долго ходили по улицам и выискивали оставшихся острозубов. Я играла роль приманки и усиленно боялась – твари слетались на страх, словно феи на мёд, – мужчины проводили зачистку. Убитые острозубы осыпались на землю жирным чёрным пеплом и медленно исчезали. Я пыталась вызвать в себе жалость к этим несчастным существам, но так и не смогла: острозубы были одержимы желанием рвать и поглощать, и на обычных животных походили слабо, скорее, на печальной памяти тварей Междумирья.

Или мы их, или они нас – третьего не надо. А ведь ещё есть люди, которых мы поклялись защищать. Нельзя допустить, чтобы они пострадали.

– Всё, последний готов, – мастер устало вытер пот со лба и прислонился к ближайшему забору. – Надо же, как раз в три часа уложились. Повезло. Правда, домой придётся возвращаться по отдельности.