Cursed: cold embrace of the wind.

Может ли быть, что я слишком поторопился? Может она ещё не готова? У меня даже в голову не пришла такая мысля, когда я целовал её.После бессонной ночи я отправился на пробежку. Утро было отвратительно теплым, воздух спертым, а потому и охладить свою голову я не смог. Меня лишь ещё больше это разозлило и в дом я зашел раздраженным, но это до того момента, пока не увидел Глорию на кухне. На её талии был нежно-розовый мамин фартук и такая детская шапочка, шедшая в комплекте с фартуком. И наверное я бы и улыбнулся увидев её милую моську, но вот только мысли.

.. Они жестоко схватились за все мои конечности и отправили меня подальше от неё.Душ, раньше под которым я таял и мог расслабиться, казался отвратным. Воздух в нём быстро нагрелся и тоже стал спертым. Отвращение не только к себе, но и ко всему остальному долго меня преследовало. Но ровно до того момента, пока я не услышал два робких стука в дверь и голос Глории. Оправдание. Её голос дрожал и кажется она говорила чепуху, которую несколько раз переформулировала и изменяла. Но меня это задело. И я вновь почувствовал себя паршиво. Ведь это я должен просить прощения. Я должен на коленях извиняться перед ней, целовать её руку. Ведь это я виновен.И дослушав её речь я мигом пошел вытираться полотенцем. Я должен сею же секунду извиниться перед ней. Но она ушла. На столе меня встретила тарелка с едой и аккуратно свернутая записка. Она и сейчас со мной.Две недели я пытался с ней встретиться, но получал вялые и не уверенные ответы от Дэни и Шонны. Избегает меня? Понятно. Возможно ей нужно время. Так я подумал. Но две недели казались для меня не кончаемой длинной жвачкой. Каждый день был мукой. Я то и дело открывал диалог с ней, писал сообщения и стирал, так и не отправив. Заставка на телефоне — наша совместная фотография, мозолила мне глаза. Иногда мне казалось, что я просто сойду с ума, ведь везде видел её. Даже в своем доме. После её последнего нашествия на него, мне стало невыносимо быть даже там. Я не мог спать на своей кровати, ведь тогда, в ту ночь, оставил её именно на ней. И теперь каждый раз ложась я думаю о том, какие мысли посещали Глорию лежа здесь. И от этого и больно, и не выносимо тоскливо.И вот в очередной раз я стучу в дверь, стоя на пороге дома Дэни. Мне страшно от того, что я снова получу отказ, но ещё больше я боюсь, что она пропустит меня, сказав, что Глория ждет. И я боюсь увидеть её лицо, искаженное тем же ужасом, что и тогда, когда она меня увидит.