Cursed: cold embrace of the wind.

Ведь это нормально беспокоится о таком?Дверь открывается и я вижу нахмуренное, полное злости и раздражения лицо Дэни. Её волосы кажутся взъерошенными. Выглядит взбешенной. Неужели они поругались?— Так, вы уже достали, — она хватает меня под руку, таща за собой в гостиную, где в другую руку берет ладонь Глории. — Вам, ребята, не кажется, что пора разобраться с тем дерьмом, что вы натворили? — она не кричит. Нет. Эта от части грубая, но любящая женщина разговаривает спокойно и четко, но с заметной агрессией и угрозой.

Её тон напоминает тот, когда получаешь нагоняй от мамы. — Если продолжите молчать, то его станет больше. А потом и я не смогу помочь вам в его уборке. А потому валите-ка сюда и поговорите.Она запихивает сначала Глорию, которая явно не была готова к такому и требует отпустить её, а потом меня, загораживающего ей выход. Дверь закрывается. Мы остаемся здесь совсем одни, стоящие напротив друг друга.Глория выглядит взбешенной и удивленной. Дэни явно не делала такого раньше. Но, в кой-то веки она взяла инициативу в свои руки.Волосы девушки были распущенны. И я лишь подтверждаю свою теорию о том, что они дрались. Лицо её покраснело. Возможно, что из-за меня. Я узнаю на ней свою футболку, которую одел на неё в одну из непогод. А она так и не вернула её мне. Но видя Глорию в ней сейчас, то я просто не могу злиться и смущаюсь. Она ей идет.— Прости меня. — я опускаю свой взгляд в пол. Не могу посмотреть ей в глаза. Просто не могу. — Из-за меня все это и случилось. Будь я не много внимательней, то заметил бы, что тебе не уютно. Сделал тебе больно. Вновь заставил вспомнить прошлое. Надавил на старые раны. О боже, я так отвратителен. Извини. Мне правда очень жаль. Я не поднимаю своего лица и взгляда. Сейчас мне невероятно стыдно и страшно, что она прогонит меня. Что не сможет простить. А ведь такое может быть. Она может закричать на меня, послать к черту или вообще потребовать расставания. Одна мысль об этом убивает меня. — Ты идиот! — орет Глория. Её голос точно слышно в других комнатах. У меня закладывает уши от её крика. — Какого черта ты извиняешься перед такой эгоистичной тварью, как я, которая избегала тебя, наплевав на твои чувства и врала?!В её словах столько злости. Так она винит себя, в то время, как я осуждаю себя. Что за колесо сансары? Боже. Со страхом поднимаю свой взор, все ещё сомневаясь, а должен ли? Но вижу, что она с тем же опасением смотрит на меня.