Карты судьбы

Этот был Князь.

Вряд ли он слышал, понимал ее; глядя прямо на яркие свечи, молчал и, как за последнюю надежду, держался за руку молодого лучника, сидевшего справа. Бейги несколько раз с раздражением посматривала на солдата, но встречала сквозь прорези шлема такой пронзительный тяжелый взгляд, что невольно отводила глаза.

Склонив голову на руки, Князь Данар застонал — хрипло и жалобно. Бейги встала, и одновременно вскочил лучник. «Телохранитель», — подумала Бейги.

— Твой Князь устал, — властно заявила она, — нужно уложить его отдыхать!

— Я провожу, — глухо сказал лучник.

И раздосадованная Бейги отступила. В конце концов, в ее власти задержать Данара еще на несколько дней. А там, быть может, он и не захочет уходить.

***

Задыхаясь, я металась по мокрой постели. Села, тряхнула тяжелой головой. Провела ладонью по влажному лицу, груди. Мне показалось, что кончики моих пальцев голубовато засветились...

— Нет! — крикнула я. — Нет! Только не сейчас, не здесь!

Я метнулась к окну — серебряный свет луны ударил мне в глаза, точно яркое солнце.

Вцепилась в узорную решетку, борясь изо всех сил. На мгновение показалось, что я раздваиваюсь, что часть меня становится яростной, гневной Голубой Пантерой, жаждущей крови Бейги, а часть остается человеком, борющимся безнадежно и отчаянно...

И вдруг меня отпустили. Было ли это милостью Богинь, или я смогла противостоять им? Так или иначе, у меня не осталось сил, и, повинуясь неслышному зову, я вышла из спальни.

Замедлила шаг. Осторожно приоткрыла тяжелую дверь.

Бесшумно пересекла застеленные лунным ковром покои. Дан спал на белоснежных простынях широкой кровати. Дышал он тихо, почти неслышно, лунный свет омывал резкие черты лица — и во сне не разгладилась складка между бровей... Такую ли ночь ты ожидал, Дан, Князь Данар, так спешивший к свой невесте?

Расстегивая браслет, я остановилась над ним. Свет гладил крепкие плечи, могучую грудь, тяжелые мышцы, подчеркивая шрамы — недавние, страшные, рваные шрамы, оставленные не человеческим оружием — безжалостными когтями разъяренного зверя.

..

Вот как, Дан. Значит, покончив со стрейкерами, я набросилась на тебя, а ты опять не поднял меч против Голубой Пантеры! И не рассказал мне. Затаив дыхание, с виной и болью я провела кончиками пальцев по шрамам. Сильная рука перехватила мое запястье — на меня смотрели открытые глаза Дана. Я рванулась, но не смогла освободиться.

— Кто ты? — хрипло спросил он. — Что тебе здесь нужно?

Я молчала, отвернувшись.