Карты судьбы

Остановившись на склоне холма, мы глядели вниз — навстречу нам вздымались древние черные башни Соколиного приюта. Я уходила отсюда с твердым намерением никогда не возвращаться, но с какой болью и счастьем билось сейчас мое сердце!

Горцы и их предводитель тоже рассматривали замок. На лице Дана было странное выражение — смесь надежды, ожидания и сомнения...

— Мы остановимся там на ночлег? — спросила я, не понимая причины задержки.

— Нет, — ответил Дан, — мы уже пришли.

И тронул коня. С мгновение я смотрела в его широкую спину, не понимая.

А потом мир закружился перед моими глазами.

— Так твою невесту зовут...

— Эрнани.

— А тебя... — прошептала я.

Саймон, проезжая мимо, закончил:

— Данар, Князь Серебра.

***

Они стояли в просторном внутреннем дворе. Загоняя внутрь неожиданную дрожь и тревогу ожидания, Дан внимательно оглядывал древние стены. Хотя война и здесь оставила свой черный след, замок казался более уцелевшим, даже цветущим по сравнению с тем, что они видели в пути.

— Высокий Владетель? — полувопросительно произнесли за спиной.

Дан круто обернулся. Девушка стояла в окружении слуг. Темные волосы уложены в высокую прическу, яркие темные глаза, белая кожа лица и рук... Кто-то из горцев прищелкнул языком. Девушка с недоумением повела взглядом по простой запыленной одежде гостей, но с явным удовольствием задержалась на смуглом привлекательном лице предводителя.

Она была прекрасна. Но чем дольше Дан смотрел на нее, тем больше чувствовал отчуждение. Почти механически произнес:

— Я пришел отдать свой долг и взять свое по праву.

Меня зовут Данар, Князь Серебра. А тебя, моя Владетельница...

Странная тень мелькнула по ее лицу:

— Мне жаль, Высокий Князь, но я не Эрнани. Я Бейги, ее сестра. Твоя невеста умерла год назад, и все мы полны печалью и скорбью.

Дан отшатнулся, словно его ударили.

— Умерла? Эрнани умерла?

— Да, — сказала Бейги. — Не разделишь ли ты со мной скромный ужин, Князь Данар?

Князь оглянулся, отыскивая кого-то. Крепкая рука сжала его пальцы. Эрни, так и не снявшая шлем, смотрела на него с состраданием.

— Ты слышишь? Эрнани умерла, — проговорил Дан.

— Да. Мне так жаль, Дан...

— Видят боги, этого я не хотел! Желал что угодно — чтобы она нарушила клятву, полюбила другого, но только не ее смерти! Идем со мной, раздели мое горе...

Пил он много. Владетельница Бейги не уставала подливать старого вина, не уставала шептать вкрадчиво, нежно, успокаивающе. Соседних Владетелей вернулось так мало, а этот был молод, красив...