На Дороге

- Наш славный конунг привел войско из царства Короля-Солнца и одолел предателя Хольдрика! - степняк картинно сплюнул. - Конунг лично сделал Хольдрику «красного орла»[2], лошадь еще долго таскала тело по полю...

Купец осекся, поняв, что болтнул лишнего. Сильвия улыбалась, делая вид, что не поняла. Из вежливости она купила нож и быстро покинула торговые ряды, наполненная до тошноты запахом всадников. Запахом застарелого курда и лошадиного пота.

Запахом плена. Запахом боли и страха, позора и отчаяния. Запахом конца ее мира.

И находясь посреди города с улицами, где сточные канавы - это та же дорога, Сильвия чуяла только эту жуткую вонь. Как? Как она прожила со степняками пятнадцать лет?

Но цель была достигнута, Сильвия доподлинно знала, что Драго отвоевал Хольспар. Только от подробностей крутило – «красный орел», а потом глумление над покойным... Было мучительно стыдно, Драго – её сын, её и конунга Сига… А, выходит, он сын степняков. Сильвия с горечью поняла, что едва знакомый мальчик, Алион, гораздо ближе и понятней детей Сига, детей степняка, некогда так ее любившего.

Погруженная в мысли Сильвия не заметила, как дошла до мощеной брусчаткой площади. Послышалась музыка легкая и нежная. Сильвия пошла на звук, природное любопытство взяло верх над тяжелыми мыслями.

На площади сидел паренек, едва перешедший возраст отрочества. Закрыв глаза от удовольствия, он играл на флейте знакомый мотив. Сильвия остановилась послушать. Закончив одну мелодию, юноша заиграл следующую - старая песня, когда-то, кажется, в другой жизни, Сильвия даже танцевала под нее.

Юноше подавали мало и неохотно, его словно бы не видели на огромной площади. Сильвии стало жаль старательного музыканта, она решила подыграть. А может, просто очень захотелось снова почувствовать себя девочкой с улицы Стрижей, такой, как незнакомка из отражения, свободной и юной, особенно после встречи со степняками.

Под звуки флейты Сильвия сделала несколько изящных па. Медленная мелодия начала ускоряться, Сильвия пожалела, что не было барабана.

Хорошо бы добавить ритм. Тогда танцовщица добавила удары в ладоши, не замечая, как погрузилась в эйфорию танца. Когда Сильвия остановилась, вокруг собралась целая толпа. Публика аплодировала. Сильвия смутилась, но было приятно.

- Давай ящо! - крикнул кто-то из толпы.

Музыкант бросил на Сильвию взгляд, полный ревности к делу и восхищения, и заиграл мелодию уже позадорней. Думать стало некогда. Сильвия просто танцевала и чувствовала себя наконец свободной.