На Дороге

Кожа змеедевы отливала перламутром, сложный узор из жемчужинок высвечивался на лбу, щеках, он переливами бежал по скулам и шее, прячась под воротом платья, темные глаза ловили блики факелов, тонкие брови сошлись на переносице - змеедева хмурилась и тихо рычала, оголяя очень острые зубы, на тонких пальцах выросли настоящие когти. Грозный образ невероятного создания дополняли короткие алые прядки, они обрамляли напряженное лицо со строгими чертами и казались огненной гривой. Разбойники ахнули.

- Смотри… какая… - только и успел вымолвить кто-то.

Элладиэль напряженно замер, Алеон не знал, чего бояться больше – разбойников или Карающего.

Драконица схлынула, Сильвия тряхнула головой, явно всеми силами сопротивляясь мороку:

-Умоляю, уходите! - отчаянно прошептала она. И снова темноокая дева с длинными когтями, щеря острые зубы, смотрела на головорезов.

- Ведьма! Тварь! Оборотень! - заорал наконец один из разбойников и кинулся на драконицу.

Алеон бросился вперед. Но ловушка неожиданно захлопнулась.

«Неужели!?», -с ужасом подумал полукровка.

Головорезы кинулись все и сразу. Драконица уклонилась, казалось, она двигалась как во сне. Полетело несколько ножей, но что-то отвело их в строну. Алеон с отчаянием и мольбой посмотрел на Владыку. Элладиэль стоял неподвижно. «Уймись! Мешаешь!», - рыкнул он. Карающий не появился. Владыка наблюдал, закусив нижнюю губу почти в кровь. Распутать ловушку Алеон не мог, на сей раз Элладиэль учел все былые ходы и спрятал концы основательно.

Драконица в танце смерти крушила обидчиков.

Они не могли по ней попасть. Все удары сносило в сторону. Алеон догадался, что Элладиэль не позволял и пальцем тронуть драконицу. Алеон еще никогда не видел Владыку таким - Элладиэль и любовался драконицей, и злился, что она не убивала. Драконица кусалась и царапалась, но… не ранила серьезно. «Не умеет?» - предположил Алеон. Один из разбойников чуть не налетел на когтистую руку, но драконица успела отдернуть когти, боясь неосторожно поранить.

Элладиэль оторопел.

Головорезы тоже поняли, что жертва не наносит ощутимого вреда. Они скопом бросились на змеедеву. Алеон не понял, как, но драконица увернулась и осталась стоять на другом конце поляны.

«Моя драконица, умоляю, не ставь ловушек! Мне сложно в них помогать тебе!», - тихо прошептал Элладиэль. «Моя драконица?!», - изумленно переспросил себя Алеон. Драконица снова перекинулась в Сильвию.

«Что ты делаешь! - прорычал Элладиэль. – Убей их прежде, или ...