Даниэль

Но ведь должен же был быть какой-то порог, который принято в таких

случаях перешагивать! Он, конечно же, был, только я умудрилась его не

заметить.

Даниэль сунул руку за пазуху, в потайной карман куртки.

Достал он маленькую призму из горного хрусталя, вроде карандашика, с

одного конца оправленную в тусклое серебро и на серебряной же длинной

цепочке.

Он молча расправил цепочку и надел мне на шею. Призму пропустил под шарф,

так что я ощутила на шее пальцы - прохладные, уверенные, задержавшиеся на

коже ровно столько, чтобы ощутить неслучайность контакта, не более.

Оберег?

Да нет... что-то другое...

У него очень светлые глаза. Прозрачные. Обратного пути нет...

- Только не угадывай больше, - попросила я. - Это у тебя плохо

получается. Желания и воспоминания - вовсе не одно и то же.

И тут же приняла ответ. Смешной такой ответ! Я увидела задумчивого

лягушонка, который сидит посреди пруда на листе кувшинки и задумчиво

подперся лапой, а на рожице выражение: "Ой, и чего это я такого

натворил?.

Я выдернула из-под лягушонка лист, и он шмякнулся в воду.

Ведьма? Этого мне только недоставало! Почему во всех книгах, которые я

изучила, борясь с наваждением, было так много о том, что ведьма может, и

так мало о том, что она должна?

Вот он уехал, а я варю себе густую кашу из "геркулеса" на воде, жарю ее

потом с луком на растительном масле, как научили в монастыре, получается

вполне терпимо, трогаю хрустальную призму и думаю - что бы означал сей

подарок? И подарок ли?И есть ли ему какой-то прок от того, что я

соблюдаю этот самый необходимый специалисту пост? И каждый вечер гляжу на

свечу?

Узнаю я это, когда он вернется.

Как я до этого додумалась - не знаю, но так оно будет. Ему там тяжело, он

вытаскивает человека, которому жить бы осталось недели две, и еще

маленькую девочку, которую испортили в порядке мести родителям.

Действительно ли сила передается только ночью и только через огонь? Или я

потом научусь это делать иначе?

Странное состояние...

Хоть бы оно продлилось подольше!

Такое бывает примерно в конце февраля, когда почему-то кажется, что

первого марта непременно наступит весна. Но наступают предвесенние

метели, и они веселят душу поболее, чем хрестоматийные приметы весны.