Огненноликая

— Я не слышала ничего прекраснее, — промолвила в ответ я, и это было истинной правдой. На глаза навернулись слезы, а к горлу подступил ком.

Он смахнул пальцем слезинку, катившуюся у меня по щеке, затем наклонился и нежно, но в то же время страстно поцеловал меня в губы, послав будоражащие электрические разряды по всему моему телу. Напряжение между нами мгновенно стало почти осязаемым, казалось, одна искра, и мы оба вспыхнем ярким всепожирающим пламенем. В ответном порыве я обвила руками его шею и еще сильнее впилась в его губы, желая продлить этот поцелуй как можно дольше, зарылась пальцами в его густые волосы, ощущая исходящий от него волшебный аромат, теряя голову и растворяясь в нем окончательно.

И на этот раз он не сделал шаг назад. Вместо этого, легко подхватив меня на руки, он отнес меня наверх в спальню, уложил на кровать и лег рядом, не прекращая целовать. Его поцелуи становились все настойчивее и жарче. Он целовал мою шею, спускаясь все ниже и ниже. Затем возвращался к губам, и тогда наши языки переплетались в страстном танце.

«Я люблю тебя, Айрин», — не прерывая поцелуя, прошептал Эдвард.

Его мысленный голос ласкал и обжигал, окатывая меня такой волной нежности и страсти, что я почти задохнулась и затрепетала в его объятиях.

«Я люблю тебя, Эдвард», — кричало ему в ответ все мое естество.

«Ты хочешь этого, любимая?» — спросил он.

В ответ я сильнее прижалась к нему всем телом, крепче обвила руки вокруг его шеи, словно изо всех сил пытаясь соединить наши сердца.

Продолжая целовать, он аккуратно и неторопливо освободил меня от одежды, затем так же медленно разделся сам. Его прекрасное, мерцавшее в лунном свете тело соприкасалось с моим, его прохладные ладони скользили по моему обнаженному телу, которое восторженно встречало эти несмотря ни на что горячие прикосновения. Нежность и страсть перемешались в движениях его губ и рук. Наше дыхание слилось воедино. Его пальцы нежно касались моей груди, потом он стал покрывать ее поцелуями.

Я задыхалась от этой ласки, выгибаясь и прижимая к себе его голову. Руки любимого скользили все ниже и ниже, доводя меня до исступленного желания, наслаждение от его ласк становилось все острее и нестерпимее. Когда он, наконец, плавно и медленно погрузился в меня, меня накрыла новая, ранее неизведанная волна экстаза. С каждым его движением мое тело таяло и плавилось в нескончаемом блаженстве и, наконец, взорвалось бешеным всплеском острейшего наслаждения.