Замуж за архимага

— Морок нужен? — без лишних слов уточнил он.

— Нужен, но другой. — Губы мои растянулись в печальной улыбке. — Я сейчас превращусь в себя прежнюю, а ты просто закрепи иллюзию, ничего не добавляя.

— В прежнюю, значит, — как-то странно произнес архимаг, зачем-то пропуская сквозь пальцы мои разноцветные волосы. — Попробуй.

И я послушно зажмурилась, воскрешая в памяти то, что годами видела в зеркале. Не блондинку с растрепанной косой и синяками под глазами от постоянного недосыпа, кофе, стресса, а идеальную версию себя без яркого макияжа и одежды а-ля пацанка.

Я хотела явиться к папе крылатой девой в летящем белом платье, с блестящими волосами цвета льна и умиротворенной улыбкой на губах, чтобы он понял, как мне хорошо после смерти, и не грустил.

В последние годы мы с ним очень мало общались, потому что оба были слишком заняты. Да и детская обида из-за ухода отца из семьи по-прежнему жила в сердце, хотя я пыталась мыслить разумно и уважать его право на собственную жизнь вдали от нас с мамой. Мне казалось, что папа меня бросил, уехав в Штаты и женившись там на американке.

И хотя он никогда не отказывал в финансовой помощи ни мне, ни маме, я все равно от него отдалилась, о чем сейчас сильно жалела. Мы столько всего упустили…

Есть ли шанс наверстать?

— Понятно. — Голос князя отвлек от тоскливых размышлений.

Открыв глаза, я вопросительно посмотрела на него, мол, как оно — получилось, нет? Но Дантэ молчал и, не выдержав, я поинтересовалась:

— Что тебе понятно, твое темнейшество? — Взглянув в зеркало, удостоверилась, что задумка моя воплотилась в жизнь именно так, как я хотела.

— Понятно, что с тобой происходит, — сказал архимаг, скользя по мне взглядом, который снова остановился на груди. Ёк-макарек! Неужто с вырезом переборщила? Покосилась на зеркало — так и есть. — Признаться, я поначалу думал, что все эти изменения — какой-то неизвестный мне вид иллюзий, потому что тело после заселения новой души обычно не подвергается настолько явным метаморфозам, — продолжил объяснения князь.

— Движения, эмоции, даже голос — все это подстраивается под новую личность, отчего меняется и внешность, но в разумных же пределах. А ты просо уникум какой-то, Кайя-Катя, — улыбнулся он, заметив, что я поправляю свое иллюзорное декольте, делая вырез на порядок скромнее. — Было лучше, — сказал сероглазый нахал.

— Знаешь что! У тебя какой-то нездоровый интерес к моей груди, — состроила недовольную рожицу я, закончив доводить до ума иллюзию.