Ведьмины рассказы

Из её спутников первым заметил это Гевент, сразу же обеспокоенно шепнув Везави:

— Я не верю в эту чушь, но если башня, тьфу, ждёт её, то в таком состоянии…

Кивнув, убийца подозвал к себе фею и в меру возможностей своего баса некоторое время с ней шептался, о чём-то споря. Если бы Агни была способна понимать, что они говорили, то услышала бы:

— Она нужна нам вменяемая, а ты хочешь сделать из неё чёрти что!

— Клин клином.

— Это не клин, а… таран! И она — не ворота! Так, калиточка на одной петельке.

— Есть другие варианты, фея? Хочешь, поговори с ней. Уверен, ты-то сможешь объяснить, как так вышло, что изображение простой крестьянки оказалось ЗДЕСЬ.

— Неужели не очевидно? Это из-за Изельды, она…

— Плевать из-за чего это. Или помогай, или предложи что получше.

Хродгейр бросила на Агнессу полный жалости взгляд и, покачав головой, сказала:

— Ладно, три капли, не больше, иначе она не только суть, но и время начнёт видеть!

Везави извлёк флягу, где хранил своё ядрёное пойло.

Очень осторожно он капнул немного жидкости в крышку-стакан, и протянул в сторону феи. Хродгейр скривилась от запаха:

— Какая дрянь.

Фея сняла с пояса крошечный мешочек, аккуратно извлекла оттуда пару блеснувших на свете крупинок и бросила их в стакан. Взглянув на получившееся и неодобрительно цокнув языком, она добавила ещё несколько и махнула рукой, мол: «готово».

Даже не пытаясь действовать аккуратно, Везави подошёл к Агнессе и, грубо зажав нос, вынуждая открыть рот, влил в неё получившийся напиток.

Ведьма, поперхнувшись, закашлялась. Горькая жидкость, внезапно оказавшаяся не только во рту, но ещё и попавшая нос, сильно жглась.

— Глотай, — сурово приказал убийца, всем своим видом демонстрируя, что альтернатива Агни не понравится.

Впрочем, вмешательства не потребовалось. Рефлексы взяли своё, и жидкость, обжигая горло, понеслась в желудок. Несколько невероятно долгих секунд ничего не происходило, а затем Агнессу дёрнуло, словно от удара молнией.

Странная, пугающая сила наполнила её всю до краёв, заодно возвращая в сознание. Ведьма удивлённо огляделась. Она стояла на том же самом месте, но окружение разительно изменилось.

Шолла преобразилась до неузнаваемости. Вместо скрюченной башенки теперь высился вытянутый шпиль, упиравшийся вершиной в грозовые облака. От башни к земле тянулись массивные цепи, непонятно зачем нужные — не было похоже, что ей нужна была помощь с устойчивостью.