Восхождение хранительницы. Курс на время

Цвет больше не менялся. Вдохнув пар, я ощутила насыщенный аромат. Более пряный и богатый, чем был до этого.

- Все, готово. Наги тоже закончил с ужином. Креат, хватит там возиться. Все собираемся кушать.

Поев, вымыла все тарелки. Хотелось хоть как-то отблагодарить за самый вкусный и веселый ужин в моей жизни! Приготовленного на костре сочного мяса, еще и так много, я никогда не ела! А какой вкусный оказался этот анчан - сладкий, с дурманящим запахом. Я пила жадно, но старалась сдерживать себя. Не давилась.

Не расплескивала воду.

Пока уплетала ужин, стараясь на всю жизнь запомнить этот невероятный вкус, Наги рассказывал истории. Он их слышал от торговцев. Мне больше всего запомнилось, как в разных регионах империи Андраав женщины выбирают украшения. Западные леди любят заколки богато украшенные камнями, которые добываются в южно-восточных горах, те что близ города Санте. Последние три года популярностью пользуются двухцветные аметрины. Леди с севера предпочитают строгие украшения, из белого золота с бенитоитом.

Слушая рассказ Наги, я постоянно спотыкалась на незнакомых словах. “Регионы”, “Аметрины”, “Популярность”, “Бенитоиты” - как много я не знаю! К моей радости, мужчина спокойно объяснял каждое слово, а я старалась запомнить, понять в каких ситуациях их можно использовать.

Креат весь вечер просидел молча - ледышка бесчувственная! А когда сделал маленький глоток анчана, и сразу же вылил всё остальное из плошки на землю, я была готова его побить.

Мы же так старались!

К концу дня от переживаний, слез и страха, не осталось и следа. Перед сном хотела сесть посчитать, сколько сил хватит, чтобы рассказать времени как мне хорошо, тепло и весело, но не получилось. Ноги на ходу заплетаются, в глазах темнеет. Урсула подхватила меня во время падения и помогла добраться до низкой широкой телеги, на которую уложила. В противоположной стороне от меня, сопел Креат. А вот когда спит, выглядит совсем по другому. И волосы так смешно растрепались.

Интересно, они у него такие же мягкие, какими выглядят? От чего-то захотелось их потрогать. Нет-нет, эта ледышка чернявая - одно расстройство для Урсулы - не дождется от меня доброты. Да и руки как-то не слушаются. Взрослые разместились на поляне.

Последнее, что помню перед тем как заснуть - меня накрыли какой-то теплой тканью, и голос Урсулы: “Ты и правда хорошая девочка, Лисса. Я буду молиться, чтобы ты попала не в экспериментальную секцию.