Сердце рассвета

А сейчас у меня появилась возможность сбежать от всех них, но я колебалась.

- Акиле приводила сюда других королев, и они оставались с вами? – несмело поинтересовалась я.

- Да, почти каждую.

- И они оставались с вами?

Чудище тяжело вздохнуло, обдав меня холодным дыханием.

- Они не хотели. К тому времени королевы уже были влюблены в Ахеса и хотели лишь одного: быть с ним пока смерть не наступит. Он ведь джинн, а те умеют пудрить мозги, - как-то грустно проговорило существо. – В этом и суть проклятия, возлюбленная жена короля принадлежит джинну, и сердце ее тоже.

Но проклятие кончается со смертью короля, и королева возвращается обратно в Вечные пески, а на ее место приходит другая. Уже тысячу лет длится это проклятие, и никто не может его обойти.

Мне вспомнилась моя первая и последняя ночь во дворце Хаакима, как его матушка навестила меня в шелковых покоях. Вдовствующая королева была очень взволнованной, растерянной постоянно оглядывалась по сторонам. В тот вечер она сказала мне, что мои боги ничтожны, способны лишь сиять в небесах, только Ахес является истинным богом.

Ахес. Это имя звучало точно шипение змеи или шорох песка, накрепко врезавшись в мою память. Значит и матушка Хаакима тоже была в Асхали и знала короля джиннов, как и то, что он заберет меня.

- Не печалься, Раяна, - вновь попыталось успокоить меня чудище, отчего сердце мое сжалось. – Джинны не стоят твоих слез. Мне жаль, что они забрали тебя от любимого, с нами они тоже жестоко обошлись, но боги уже наказали их сполна, лишив волшебной силы и заперев на веки в Асхали.

- Как они с вами обошлись? – тихо спросила я, боясь услышать нечто страшное.

Существо опять горько вздохнуло, не желая вспоминать раны прошлого.

- Мы, как и ты, Раяна, не всегда были чудовищами. Кто-то изуродовал твое лицо, оставив страшные шрамы, а мы доверились джиннам и были обмануты…

Я приоткрыла рот, и с губ сама слетела фраза:

- Вы тоже были людьми…

Слова мои были похожи на простой выдох, почти неслышимы.

Но в этот момент под своими ногами я ощутила, как задрожал пол, а до ушей донесся чей-то рев, что громким эхом пронесся по коридору. Будто стальными когтями огромный, невидимый мне зверь, царапал мраморный пол, мчась по дворцу джиннов, и грохот его от его лап становился все ближе.

Чудище заметалось в разные стороны, пытаясь отыскать спасение, и недолго думая, схватило меня за руку, утаскивая за собой в темноту.