Повелитель Времени. Сквозь миры

Создавалось такое впечатление, что они вот-вот упадут в обморок.

Лишь, самый разговорчивый, отошел быстрее, подбежал к нам, обнял по очереди и побежал вперед Изалия, показывать и рассказывать об их здешней жизни.

Только тот, кого звали Урош, из-подо лба и с недоверием поглядывал на нас.

Старик Изалий попросил разрешения и отклонился отдыхать. Оно и понятно, проводить экскурсию в его возрасте, не просто. С ним же и ушел Урош, как оказалось он ученик Изалия и метит на место Ставанга. Ставанг тоже покинул нас, и мы остались на попечении неумолкающего гида.

Выйдя из главных дверей бисерного зала, мы очутились на песчаных улицах.

Весь храм, оставшийся позади был покрыт бисером, и как оказалось не только один зал и фасад покрыты им, весь этот храм состоит из мелких стекляшек.

У них даже группа людей есть, что постоянно занимается плетением всевозможных вещей, необходимых для храма.

По вечернему селению нас повел самый разговорчивый из компании, вытащившей нас из закрытой комнаты. Активного юношу звали Клит, он без умолку рассказывал обо всем, что имеется в их деревне.

Правда он часто перебегал с одной темы на другую, мысли путались, слова иногда сливались в одно. И уже через пару минут мы практически не слушали, что именно он нам рассказывает.

Люди с нескрываемым любопытством выглядывали из своих домов, бросали все свои дела. А поскольку Клит не стесняясь кричал на всю деревню, что Светлые боги ниспослали им луч надежды, периодически прерываясь на экскурсию, за нами уже собралась весьма приличная толпа.

Мы слышали перешептывания, плач женщин, восторженные вопли детей, брань мужчин. От всего этого было не по себе.

– Такое впечатление, что Святой Отец специально устроил нам такую капусту, – с недоверием поглядывая на шествие позади нас, произнес Отолли.

Я лишь кивнула на все это.

– Он тип толковый, но какой-то мутный. Мог бы просто поселить нас в храме и дать там отсидеться. Но нет же, пустил нас по всей деревне.

Клит даже не замечая наших перешептываний собирал народ и продолжал болтать об их жизни, перейдя уже на сетование и жалобы.

Благо никто из жителей пока не приставал к нам с вопросами, просьбами, мольбами и жалобами. Они, еще не веря своим глазам таращились, но держались с опаской.

Затем нас привели на площадь. Честное слово, мне казалось нас сейчас в самом деле сожгут.