Инфантил на Бер-Муд-Ах!

"Даже когда не видишь цели, надо к ней идти, и цель сама найдет тебя и сделает счастливым," -- глянцевая фраза из рекламного проспекта турфирмы. Видимо, я должен быть благодарен ребятам за подаренные ответственность и желание заботиться о милой, доверчиво прижавшейся к моей груди блондинке.

Вечерняя чернота ночи чуть отступила. Незнакомые южные звезды светили ровным ярким светом, и неестественно повернутый месяц неподвижно и неискренне улыбался из-за растрепанных причесок прибрежных пальм. Уютно потрескивал костер и, как пишут в плохих романах, ничто не предвещало беды….

-- Ой! ее-, ни хрена себе, … е…ть! – голос вежливейшего из дачников, склонного к наукам и размышлениям Степана Сергеевича, сыпал бессвязными просторечиями и неприличными словами.

Я придремал и пропустил начало спектакля. Бережно освободившись от объятий Ирины, бросился к костру, забросил в огонь большую охапку сухой травы и хвороста. Поднявшееся пламя осветило толпящихся в центре спального настила туристов, и обтекающие помост с двух сторон, взблескивающие в свете костра всеми красками, живые ручьи змеиных тел.

Теть Валя, традиционно вооруженная двухметровой жердиной, одна стояла на краю помоста и пресекала попытки пресмыкающихся спрямить путь и проползти через полати. Шорох змеиной кожи по песку и раковинам-ракушкам сливался с шипением гадов в сплошное непрекращающееся «шу-у-ш».

Шестиметровая анаконда, едва подняв голову над потоком, получила от теть Вали крепкий тычок в район уха. Контуженное земноводное сделало пируэт по всей длине и поползло быстрее, оглядываясь и показывая теть Вале раздвоенный язык.

Мужественная женщина погрозила жердиной, и ушибленная голова питона торопливо нырнула к земле. Как не восхититься теть Валей и ее жердью.

Животные не нападали, а убегали, и память услужливо подсунула соответствующую страничку романа Жуль Верна. Там убегали парнокопытные, здесь – безногие. Прошел вдоль змеиного ручья. Каких только тварей тут не было: от десятисантиметровых ядовитых «стрелок» до трубообразных питонов-удавов.

Поток пересекал пляж и сливался, баламутил хвостами воду, постепенно смещаясь в глубину, откуда уже доносились пушечные хлопки акульих хвостов. Хищники со всего океана сплывались на неожиданную халяву и удачную охоту. Вслед за змеями замелькали в траве разрозненные группки грызунов: кролики и крысы. Я поднял Ирину на руки и, стараясь не наступать на кишащую под ногами живность, перенес на помост.

-- Беда, Степан Сергеевич.