Белое венчание

Сильная и смелая, она держалась. Душа томилась в плену, но почему-то верилось, что кто-то придет. Придет вот-вот, и заберет отсюда. Запертая на ключ дверь распахнется сама. Кто-то знакомый, но забытый, ворвется в комнату с потоком света и протянет руку. Она протянет свою. Они уйдут вместе. Почему-то была уверенность, что это лес, очень дремучий и надежный. Она видела, как березы выступают из тьмы, вдыхала запах воска, хвои и лаванды. Она не различала лица того, кто пришел за ней, но это был родной и желанный человек.

Через минуту она увидит его. Обрадуется, узнав.

За дверью кричали, ломая замок. Бесконечно одинокая и маленькая, она растворила окно, вдохнула сырой воздух. Она знала, что крылья с ней, что она летит, и потоки воздуха, бьющие в лицо, уносят ее не к мокрому асфальту, темной озерной воде и голым деревьям, а вместе с чистыми облаками, звездами и птицами в далекий лесной храм.

***

Выстрел разбудил его. Исчезла весна, пропал лес, убежала белка, растаяла юная Валеска.

Старик, перезаряжая, поминутно стрелял в темноту. Он стоял босой у разбитого окна и, не чувствуя боли, ступал по осколкам. Керосиновая лампа опрокинулась со стола, язычки пламени бежали по полу, поднимались по ножкам стульев, хватались за выцветший настенный ковер. С улицы призывно кричали, и всё новые пули впивались в дом, вырывая, словно плоть, древесные куски.

Он посмотрел на Валеску. Даже теперь, в дыме и ружейном грохоте, она не очнулась. Но почему всё произошло так? Почему именно теперь? Почему не наступило хотя бы одно утро? Чтобы дождаться, когда она придет в себя, чтобы побыть вместе, и тогда хотя бы на миг…

Старик толкнул его в плечо, глазами приказывая уходить.

Избушка стремительно занималась огнем, на столе уже взрывались бутылки, сгорали иконы. Он укутал Валеску, словно ребенка, и, прижимая к груди, выбежал из сторожки. Слышал, как необычно близко друг к другу и будто одно, стучат их сердца. Пули догоняли их, с визгом впивались в стволы, сбивая снег с веток. Апостол поминутно отставал, и, прячась за деревьями, вгонял очередной патрон, целился и стрелял в наседающую тьму.

Им не уйти. По свежему следу их нашли, по нему же и загонят в новую ловушку. Он крепче и крепче прижимал Валеску. Единственную, случайно обретенную, такую воздушную и хрупкую. Ему не нужно было знать, что девушку он впервые увидел этой ночью. Что никогда раньше не признавался ей в любви и не из-за нее превратил себя в Изгоя.