Вернувшийся

Ему уже ничто не страшно, огонь все спалит дотла, теперь он ему не враг, а лучшая защита.

Неугодная сжала руку своего хозяина крепче.

Владыка знал куда идти, вглубь дома, сквозь широкие комнаты, за маленькую дверку. По сути своей, Алро прятаться было негде, боль и страх бичами погнали его, но привели лишь в самый угол.

Хозяин чайного домика сидел, прислонившись спиной и затылком к стене. При появлении гостей зло сплюнул на пол кровь, он весь был окрашен алым. В груди старика торчали две стрелы, выпущенные из того же арбалета, которым Раманд пагубные тени уничтожил.

Эти пролетели сквозь магическую тропу, почуяв врага, что обратил магию против Аркоста, и впились в него.

— Как ты это сделал? Как напал на меня? — прохрипел старик.

— Даже вы… Нет, тем более вы, — вздохнул Раманд, вычеркивая очередное воспоминание.

Алро ощерился зверем.

— Что ты знаешь!..

— Как от богов прятались? — спросил Владыка спокойно, скользя взглядом по всему вокруг.

Ни символов, ни атрибутов. Никаких признаков отступничества.

У отца они были. Не только та метка, что никак не сводилась с Аркоста, но и другое. Раманд собственными глазами увидел, перед тем как его потащили на остров, перед тем как убили мачеху.

— Слова-вода, — проговорил Алро, усмехнувшись.

Владыка кивнул.

Если помыслы свои не проявлять наружу, если лишь говорить, но руки не пачкать, ничего не будет. До определенного момента. Такие отступники тоже бывали. Трусливые и подлые, потому что таились, опасаясь за свою жизнь. Даже судьбе было тяжело за такими охотиться, но это не значило, что она их не настигала.

— Даже не поцарапал тебя что ли? — Алро с разочарованием смотрел на невредимого хозяина Аркоста. — Какой крепкий. Закалился, значит. Унаследовал бы волю отца, смог бы все до конца довести.

Яревена вздрогнула, обхватила ладонь Раманда двумя своими руками. Кому-то же надлежит защищать его от всех этих слов.

Владыка перевел на старика взгляд. Алро придавило плитой.

— Вы бы этого хотели? — спросил он тихо.

— Этого хотели все! — забрызгал тот кровавой слюной.

— Но ты взбрыкнул, воспротивился! Не по нраву тебе все пришлось, видите ли! Как будто если хочешь получить многое, можно отдать малое! Нет, мальчик, и жертва должна быть соответствующей.

— А зачем вам больше того, что есть?

На миг на лице старика появилось растерянное выражение, но через секунду он уже хрипло смеялся.

— Все хотят! Только одни скрывают, а другие кричат. Но ты сам знаешь. Иногда кричи — не кричи, ничего не добьешься.