Вернувшийся

— Скольких вы видели? — ее душу прожигало насквозь. Ей и в голову не приходило, что есть кто-то похожий.

— Двоих, — ограничился спутник ответом.

— В целом свете?!

— На своем пути сквозь него.

— Тогда это немного, я могу и дальше позволить себе гордо поднятую голову.

— Вы не наполнены гордостью, вы преисполнены гордыней.

Яревена вспыхнула. Те же самые слова она слышала от других жриц, когда совершила свое деяние. Они просили ее опомниться, просили прийти в себя. Они хотели заставить ее склониться перед алтарями Пантеона и семь дней, не разгибая спины, вымаливать у богов прощение.

Она отказалась. Она отказала им всем. Лучше стелиться под Отвергнутых, чем под тех, кто избалован силой и могуществом. Кто забыл свою роль, кто не исполняет своих ответных клятв. Такие боги были Яревене не по нраву. Как жрица, она не имела права так мыслить, а она мыслила и говорила, отвечала ударом на удар.

— Ну, а вы? — она решила отвлечь себя и все же немного влезть в душу того, кто повесил на нее могущественную клятву.

— Что я? — поглядел на нее Раманд.

— Чем преисполнены вы? Храбростью? Раз уж в одиночку пошли на выворотня.

— Храбрость для этого не нужна, нужна лишь сила, — ответил он легко.

Раманд испытал нечто вроде радости, поняв, что со стороны бывшей жрицы нет ни вопросов, ни лишних слов. Ему нравились люди, которые больше молчали, чем говорили. Таких он встречал редко.

Яревена продолжила водить его по городу. Город походил на все города, в которых Раманд бывал за эти годы. Когда изучил в лицо весь мир, все кажется похожим друг на друга.

Потому что основа у мира едина.

Она-то и кидала смертным под ноги заботы так же легко, как и радости. Судьба все припомнила.

— Эй, порченая кровь!

Хозяин Аркоста знал, что это несется в его спину, но оборачиваться не стал. Яревена рядом лишь немного нахмурилась, но даже шага не замедлила. Какая умница.

— Вот ублюдок, ну и кем ты себя возомнил, что расхаживаешь тут свободно?

Ему все-таки преградили дорогу. Бывшая жрица тут же отступила в сторону, покручивая между пальцев те самые золотые монетки.

Это на хозяина Аркоста они не подействовали, а на других очень даже, она ловко исчезла с их глаз. Раманд оценил и выдержку, и скорость решения. Разумно, зачем неугодной участвовать в чужих неурядицах. С ее статусом лучше от всего держаться в стороне, а он выставил ее на обозрение всего города, поставив рядом с собой. Даже хорошо, что она умела отводить от себя чужие взоры.

— Я к тебе обращаюсь, — перед глазами кто-то появился.