Ключ от этой двери

Я рядом, но ты не можешь дотронуться.

– Такое уже бывало. Ты не мог сбежать, потому что у тебя была сломана нога, но я из уважения к твоим принципам щадила тебя. Теперь у меня нет уважения к тем принципам. Дело только за сломанной ногой.

– Ты жестока. Я не видел тебя в платье при свете дня.

– Ты вообще почти не видел меня при свете дня. Ты откуда? – покосилась она на него.

– От цирюльника и портного, – сказал Конда, выставляя подбородок и тремя пальцами оглаживая его. – Один из моих старых костюмов подогнали под нового меня.

Я пока всё ещё худой. Как тебе?

– Ты произвёл на меня неизгладимое впечатление.

– Я умею. Погляди, как на меня смотрят.

Аяна искоса поглядела на гуляющих.

– Ты хочешь, чтобы я ревновала? – спросила она со вздохом, всей душой желая стряхнуть с его камзола взгляд проходившей мимо кирьи. который, как репей, повис где-то около воротника его белой рубашки.

– Нет. Да. Не так. Я хотел бы, чтобы ты видела, как у меня хорошо получается. Не буду лгать, мне иногда нравится производить впечатление.

Вернее, нравилось. Теперь мне нравится, как внешние преображения действуют на некоторых людей. Как можно изменить взгляд на себя, просто переодевшись и убрав странную бороду, – сказал он, прищуриваясь и косясь на неё.

Аяна смущённо хихикнула.

– А ты мне и с бородой нравился.

– Я это понял сегодня и вчера, и ещё много раз до этого, – сказал он, с хитрым прищуром наблюдая за кончиками её ушей. – О. Твои уши розовеют. Я знаю, о чём ты думаешь. Думай об этом ещё. Но не поднимай взгляд. Не нарушай правила этой игры.

– Конда, пожалуйста, – умоляюще пробормотала Аяна. – Что с тобой такое... Когда мы встретились в этот раз, ты таким не был.

– Я же сказал, что вернусь. У меня для тебя хорошие новости. Ну-ка, угадай, что у меня в штанах.

– Конда!..

– Ты промахнулась. Ты бы могла догадаться, коснувшись, но в парке тебе нельзя меня трогать, так что я помогу тебе. У нас считается, что это делает из человека мужчину или женщину. Это требует бережного обращения, и не стоит без надобности это доставать и трогать.

– Пожалуйста...

– Всё ещё далеко. Ещё одна попытка. Это в разноцветных пятнах.

Аяна остановилась и посмотрела на него, недоуменно и весело подняв бровь.

– Ты... заболел? Сола говорила мне...

Конда не выдержал и закрыл лицо ладонью. Его плечи тряслись.

– Нет. Гадай ещё. Это шуршит.

– Тогда всё совсем плохо... Конда, надо осмотреть! Сола...

– Нет, – тихо всхлипнул он. – Эта игра сейчас заведёт меня слишком далеко. Я просто скажу тебе.