Ух, началось!

Даже не обернулась.

Со вздохом улегся на пожухшую травку, положив голову на лапы. Дура! Настоящая! Туфли ей жалко! А меня ей не жалко? Даже не задумалась, с чего это собака такая разумная? Всю ее болтовню понимает.

Я тихо заскулил. Дались мне ее туфли!

Нечего задом вертеть, а то…

Я немного полежал, рассматривая ночную аллею.

Кажется, снег будет. Пахнет так… по-зимнему.

Сняла бы ошейник – купил бы ей таких туфель коробок с десяток…

Нет, заявляется ночью, еще и требует от меня спокойствия!

Черт меня дернул… И ничего не добился…

Ушла без меня! Потом думай, где она и с кем!

Вот именно!

Нет, ну какая мне разница? Мне надо разобраться с врагами! Как можно скорее! А у нее вновь ума не хватило сорвать с меня этот треклятый ошейник!

Из вредности с остервенением почесался, вызвав приступ брезгливости у проходившей мимо старушки.

Больше моя персона ни у кого интереса не вызывала, и я, расслабившись, завалился спать.

Но не тут-то было. Толпа малолетних идиотов, бредущая через парк, заметив спокойно спящую собаку, тут же ринулась ко мне.

– Фить, фюить, собачка! – засвистел крепкий черноволосый мальчишка с замашками вожака. Сунув руки в карманы теплой кожаной куртки, сплюнув, сказал: – Тупая шавка!

Когда Даша в гневе кидала поводок, тот случайно зацепился за крепкий сучок. Я осознавал, что простой болтовней с ребятней не кончится. Орава – человек шесть, среди них была и пара девчонок, все смотрели на меня, как на пасхального кролика, намереваясь развлечься по полной.

Грозно приподнявшись на лапы, пристально поглядел на мальчишку.

Ничего с ним сделать я не мог: на мне поводок с парализатом. Хотя, конечно, и без поводка трогать не стал бы. Мелкий, совсем молокосос.

Одна из девочек в блестящей облегающей, будто ее натягивали на нее с усилием, одежде, небрежно откинув длинную челку с глаз, томно сказала:

– Я хочу этого песика! Влад, давай возьмем его! Буду на нем кататься. – И она заливисто рассмеялась.

Вот еще любительница собачек. Вновь вспомнил Дашу. Стало так мерзко… И зачем я…

– Ладно.

Сейчас возьмем, – ухмыльнулся Влад, отломав доску от детских качелей, из которой, как два клыка, торчали длинные гвозди. Вздыбив на макушке и так взъерошенные волосы, пацан нагло попер на меня. – Сейчас покажу ему, кто здесь хозяин, и возьмем. Для тебя. – Потом, что-то вспомнив, резко повернулся к девчонке: – А с тебя-а-а, Ритка…

– Да ладно, Влад, ты меня знаешь.

Все заржали.

– Знаю…

И тут же повернулся ко мне и резко обрушил на меня доску.