Профессорская служка

- Леди! Леди-и-и, выходите немедленно, сюда едут пожарные… - из ванной ни звука, быстро смекнула, что только из-за спасателей она оттуда не выйдет, и заголосила громче: - А с ними пресса и маги из патруля НВН!

Не зря я упомянула службу Несанкционированных Всплесков и Нападений. Их сотрудники не ходят по комнатам с просьбой: «Откройте, пожалуйста», а сразу вышибают двери и спасают людей. Далее идет лечение, допрос, составление протоколов, задержание или суд, и почти все это на глазах у кровожадной прессы. Если верить моим словам, для металлистки королевских кровей ситуация складывается не из приятных.

Я аббревиатуру не успела озвучить, а дверь уже распахнулась.

- Кто-кто едет? – в ванной Эвения облачилась в длинный халат и теперь нервно теребила его отвороты. – Служба НВН?

- Да.

Но вопреки моим ожиданиям, она, бледнея, смотрела на горящую комнату за моей спиной и не двигалась с места. А время бежит!

- Не волнуйтесь. На заднем дворе есть карета, никто вас не заме…

Моих слов она уже не слышала, с места сорвалась, побежала, не разбирая дороги.

Ни огромного спасибо, ни короткого пожалуйста, она обошлась даже без: «Где Дейр? Жив ли он? Здоров ли?» Истинная леди королевской крови вспомнила лишь о том, как дорога ей эта самая кровь. А я поняла, как сложно быть всепрощающей, и раз уж я отдаю Эвении профессорский экипаж, то халат вправе оставить девятому. По мановению моих пальцев воздушные потоки перенесли огонь с лестницы на полы халата, и быстро распространили его по темно-синим нитям и золотым рисункам.

Далее последовали писк, визг, судорожное разоблачение из горящего халата, поиски сапог и шубы, на удивление завершившиеся скоро и удачно, хлопок дверей и ржание убегающих лошадей.

Когда экипаж уехал, я легко сбила с платья последние язычки пламени и громко сообщила:

- Ганс, пора гасить!

И бушующий огонь замер, игриво загибая золотисто-рыжие язычки и издавая протяжное «Ву-у-у-у-у-у-р!» А затем, вздохнув печально, нерешительно поползло со стен по деревянному полу к моим ногам, все уменьшаясь и уменьшаясь.

Огненное кольцо стало тоньше кружевной ленты и у самого подола моего платья всколыхнулось, обиженно вякнув: «Пфя!», и бесследно исчезло.

- Уже ушла? – вторично за это утро удивился девятый, спускаясь по лестнице. Он небрежным движением поправил шейный платок, и без того идеально повязанный. Профессор в темном стальном пиджаке, белой рубашке, темно-бордовомжилете, черных брюках и черных сапогах, смотрелся чуть дерзко и в то же время строго.