Единственная для принца. Книга 1

Советник всё так же изучающее смотрел на Дамиана:

– Я не понимаю, в чем проблема.

– Где её искать? Как? Никто ничего не объясняет! Я чувствую себя слепым щенком! – Дамиан начал заводиться.

– Но это не главное… – тихо пробормотал Зорий, продолжая рассматривать принца.

– Да, Великое Бесплодие! Да! – он резко вскочил и стал ходить по кабинету, сжимая и разжимая левую руку, которую крепко держал правой. Когда чуть успокоился, сказал:

– А если я ошибусь? А если она окажется какой-нибудь дурочкой, у которой отшибет разум от возможностей, ведь она станет королевой?

Принц сделал ещё два шага и добавил совсем тихо:

– Матушке хорошо рассуждать, ей достался отец, с которым сразу всё было ясно – любовь, и никто больше ей не нужен.

Зорий отстукивал какой-то марш по ручке кресла, в котором всё так же расслаблено полулежал.

– Не знаю, как всё это происходит, но…

– Но? – Дамиан обернулся и остановился.

– Если это ваша родовая магия, то я бы на твоем месте положился на неё и постарался бывать в местах, где можно встретить свою женщину.

К тому же, – взгляд советника снова стал хитрым, – королева назначила бал в твою честь и…

Дамиан почувствовал, как у него вздулись желваки. Усилием воли на третьем вдохе ему удалось расслабиться, и он вопросительно дернул бровью.

– …И в честь прибытия посольства из Оландезии, с которым к нам едет принцесса.

Что? Бал? Принцесса? Несносный Мальчишка захохотал, заливисто, истерично. Оландезцы самое ценное отдают – принцессу! Королевскую кровь! Всем было известно, что король северного края помешан на чистоте крови.

Неужели придется жениться на этой принцессе?!

Дамиан прикрыл глаза и помассировал виски. Как же всё это выдержать? Эти балы, эти странные представления о семье и долге у олданезцев!

***

Поздно вечером принц, закутавшись в теплый халат, вышел из ванной комнаты, где всё ещё витали запахи хвойных масел, а огромное зеркало было запотевшим почти до самого верха. Дамиан задумчиво прошелся по спальне. До окна и обратно, и ещё раз.

День был огромен, бесконечен, как целая жизнь, и так же утомителен. И Дамиан задумался – не послать ли за Лали? Он вызвал в памяти её образ, её улыбку и сверкающие глаза, привычку сбрасывать при входе всю одежду, его рука вспомнила какая гладкая у неё кожа, но его накрыло другими воспоминаниями.

{…он опять уткнулся носом в заветную ложбинку между грудей, на его губах снова был вкус её солоноватой кожи, а в душе разливался покой, какой-то волшебный, глубинный...