Единственная для принца. Книга 1

Но она было настроено именно на Дамиана и стоило Лали немалых усилий. Но большего фаворитке и не нужно было: если сигнал будет, значит, принц действительно заходил в этот дом, а дальше...

Дальше она уже будет решать по обстоятельствам.

Лали позвонила в колокольчик у калитки того самого домика, и приветливо улыбнулась служанке, вышедшей ей навстречу.

– Милейшая, тут неподалёку кто-то обронил перчатки, – и Лали показала совершенно новую пару, что как раз держала в руке. Эту пару она купила несколько дней назад ею самой.

– Не вашей ли хозяйки?

Служанка подошла и, не открывая решетчатой калитки, взяла пару в руки, повертела и отдала назад.

– Нет, не нашей.

Лали развела руки в стороны, как будто сожалела. Жаль ей не было ничуть, просто надо было провести зачарованной перчаткой от одного столбика калитки до другого, вешая тонкую магическую нить, которая звякнет, если только её пересечёт принц.

– Отдам в бюро находок. Извините, что потревожила, – вновь вежливо улыбнулась Лали и ушла.

План был шаткий, построенный на множестве допущений, и риск оказаться в неприятностях тоже был велик: она не знала, сколько охранных заклинаний было на принце и какие из них могут больно отозваться на ней, задень она своим оповещеньем что-то в его защите.

Но страх остаться ни с чем, стоя уже на пороге победы, был слишком силён.

Она обещала себе, что никогда не будет нуждаться, никогда не будет бояться и сделает всё, что от неё зависит, чтобы будущее было прекрасным. Сейчас она почти на вершине, всего несколько шагов, всего немного усилий, и она добьётся поставленной цели.

А свои обещания она всегда выполняла…

Глава 9. Прошлое Лали

Лалианна ждала своего восемнадцатого дня рождения как чуда, как откровения, вся дрожала от предвкушении и восторга. Всех девочек, достигших этого возраста, забирали родные сколько бы времени до окончания занятий в году не оставалось. А жизнь за стенами монастыря манила звуками, красками и впечатлениями, что небольшими, немного смазанными отрывками долетали до Лали во время летних вакаций*, что она проводила в глухом поместье тетушки, резвясь на природе с тремя кузинами, близкими с ней по возрасту.

Вся жизнь представлялась вереницей балов, примеркой красивых нарядов, веселящейся публикой, тем, что жизнь в конце концов движется, идет, вертится!

А здесь, за толстыми каменными и холодными стенами, жизни не было. Были сестры в темно-коричневых, каких-то линялых и бесформенных одеждах, самым ярким пятном на которых были белые передники.