Про сестру говорили...

- Тише ты, друг веселый! Как бы люду лихому не попасть в руки, – и говорю ему мысли, да по сторонам смотрю внимательно, ведь кто еще в лесу сиживать любит, как не разбойники?

- Эк ты, Ян, подозрительный стал… - ворчит друг, - За каждым кустом волка видишь.

Нахмурился я, стушевался Веселин, язык свой резвый прикусив. Стал по сторонам смотреть с внимательностью большой.

Выехали мы скоро на край леса, на луг привольный. А там – повозки, быки, кони, шатер диковинный, заморский, да люду мало – дружина малая да возницы.

Придержали мы коней, подъехали медленно, оружия не доставая. Нам же навстречу муж вышел, в одежду неброскую но дорогую одетый.

- Здравствуйте, путники, - поздоровался первым, на нас с интересом глядя.

- Здравствуй и ты, купец, и люди твои, - говорю ему, - Мы мимо едем, вас не тронем.

- А куда путь держите?

- На восток, - отвечаю кратко, не желая беседы разводить.

- И мы на восток, добрые люди! – говорит он обрадованно, - На далекий восток, за шелком, пряностями да чаем.

Да что ж мы стоим посреди дороги? – всполошился он, - Стань моим гостем, княже, сделай милость!

Он кланяется, на шатер рукой показывает, а я вздыхаю легко – видать, купец прежде в мой стольный град приезжал и на пирах сиживал. Спешиваюсь, бросаю повод отроку шустрому.

- Не зови меня так, купец. Я уж два года как не князь. По имени называй. И, прости, никак не вспомню имени твоего.

- Налим я, княже, - улыбается, - Да князь – он навсегда князь, не простой человек же.

В шатре еще два купца сидели – один важный, в одеже западной. Второй – низенький, худой, кожа желтоватая, глаза узкие, одежда вроде халата. Видать, с востока далекого. Рассказали они мне за беседой застольной, куда путь держат, какой товар везут на продажу, да чего собираются там купить… И такая у них беда – сказывают, что дальше по тракту, на который дорожка лесная выходит, засел люд лихой, вот и сидят они тут третий день, думают. И меня Налим позвал затем, что сами они все уже передумали, им совет нужен…

Подумал я, выглянул – на повозки посмотреть, обошел вокруг лагеря…

Выехали мы на следующий день, затемно, как люд простой делает.

Да по одной через лес и проехали повозки… дровами или сеном груженные. Ехали то полупустые, новым грузом все вещи прикрыли. А сами купцы да дружина купеческая – дровосеками иль селянами переоделись. Пока ехали – почти все видывали хоть одного охотника за чужим добром. Но проехали – да и славно.