Эльфийский талисман, король и его королева

Протрубили трубы, публика на балконах и крышах разразилась ликующими воплями, колокола затрезвонили совсем уж радостно. Кто-то набросил на плечи москвичке крытую сукном меховую шубу. Орнелийский принц потянул Лису за повод – Анечка не сразу сообразила, что они едут не к замку, а в прямо противоположную сторону – к городским воротам.

– Подожди, Миха! – удивилась москвичка. – Разве мы едем не в замок?

– Мы едем в Оско, – возразил Миха. – Домой. Ночуем в Ниэ, я уже послал распоряжение, чтобы нам всё приготовили, а послезавтра вечером будем в Осконском замке.

– То есть, у нас не будет праздника? – растерялась Анечка. – Свадьбы?..

– Будет обязательно, – возразил Миха. – Да ещё какая!.. Но только дома. Меня ждёт серьёзный разговор с отцом за этот самовольный брак, но свадьба у нас будет, обещаю... Кстати, о тебе недавно спрашивал брат... И Ирику...

– Ой, мамочки! – обрадовалась Анечка. – Неужели она наконец-то опомнилась? Но мой замок? Моё владение?.. Мои дела, у меня тут осталось столько нерешённых дел.

– Да, непонятно почему, но сестра перестала молиться целыми днями, если ты об этом, – подтвердил орнелийский принц. – Делами и замком пусть занимается тави. Старая лиса та Абаски справится, не волнуйся. А твоя девушка вместе с волшебной шкатулкой уже в «парящем фургоне»...

Промчавшись под аркой ворот, отряд оказался посреди бескрайней заснеженной равнины. Живые изгороди и плетни засыпало снегом, справа на горизонте виднелась деревенька. Звенели стремена и оружие, в руках у оруженосца хлопало развёрнутое знамя, трепетали на ветру вымпелы, подкованные копыта глухо стучали по плотно утоптанному снегу.

– Но я не могу... – продолжала настаивать Анечка. – Миха, неужели ты не понимаешь... Ой, мамочки!.. Я просто не могу, вот так, ни с того, ни с сего, взять и уехать...

– А ну, цыц мне! – прикрикнул орнелийский принц. – Ты теперь кто? Ты отныне моя законная супруга, госпожа Аню Викторовнахи та Кано, талю та Расви. Куда я, «кара», туда отныне и ты, «кару», понятно?.

– Ах, так! – возмутилась Анечка. – Уж не вообразили ли вы, что отныне я у вас в феодальном держании, милый моему сердцу господин Миха Осонахи та Кано, таль та Расви? Так знайте, что ничего у вас не выйдет, или я не Анька Коростелькова...

С этими словами Анечка натянула поводья, сворачивая в сторону. Лису моментально увязла в снегу, оказавшемся ей по брюхо – «по пояс», как перепечатывая чужой роман, написал известный советский классик.