Танцы на Цепях

У нее даже был свой незнакомый запах – странный, кисловатый, как у плохого вина.

Первородная не могла сделать это сама. Даже если королева заправляла здесь все эти годы, то она лишь повелительница кошмаров, иллюзорной стороны мира, где есть место расколотым, но и только.

Нужен был кто‑то извне, чтобы выполнять указания. Пришлый, случайно заглянувший в мир снов и попавший под влияние Первородной? У него должно быть достаточно сил, чтобы вмешиваться в ткань между мирами, видеть входы и выходы.

Опасный и умный противник.

Ш’янт поморщился. Чувство собственной беспомощности нервировало и пугало, словно власть и сила находились совсем рядом, но между ними пролегла непреодолимая пропасть, а моста не было – на другую сторону не перебраться, не перепрыгнуть.

Девчонка смотрела на него с непониманием и удивлением. На бледном лице эмоции менялись стремительно, но все они застыли, стоило только мелкой принять какое‑то решение. Губы сжались в тонкую нить, в глазах мелькнула знакомая отчаянная решимость.

– Если нельзя выйти здесь, то остается только один путь, – сказала она и посмотрела в сторону башни.

Беренганд почти обрел плоть. Черная шкура колоссального зверя лоснилась в лучах красного солнца, острая вершина вот‑вот вспорет редкие облака.

– У меня почти нет сил, – Ш’янт отвел взгляд. – Самоубийство! Беренганд – это три этажа ловушек. Кошмаров, которые охраняют сон своей госпожи. Эта башня – живой безумный механизм, который раздавит нас, стоит только войти. Я не смогу тебя сберечь.

– Мы не можем вечно прятаться! Я не хочу оставаться здесь.

Даже наяву я вижу все, что проникло в кровь с укусом расколотого. Чувствую дыхание чужих снов в груди.

Она умолкла, будто устыдилась этих слов. Закусила губу и отвернулась, делая вид, что внимательно разглядывает башню.

– Давай разрубим этот узел, – устало пробормотала мелкая, – войдем туда. Выберемся? Отлично. А если нет…

– Первородная получит твое тело, а меня развеет по ветру, – скрестив руки на груди, Ш’янт склонил голову набок.

Девчонка вздрогнула, повернулась и шагнула вперед. Тонкие пальцы легли на пластины перчатки, сжали до дрожи. Ей пришлось запрокинуть голову, чтобы заглянуть ему в глаза.

– Сила может вернуться. Мы ведь не знаем, что на это влияет! – положив руку на грудь, она безошибочно нашла отметину связи. Ш’янт вздрогнул, но не подумал отстраниться. Тонкая нить обмоталась вокруг пальца, вспыхнула и завибрировала, точно живая, – и никогда не узнаем, если погибнем здесь.