Танцы на Цепях

Смуглый и остроскулый, нос с горбинкой, тонкие губы, бородка клинышком. Смоляные волосы в вечном беспорядке – настоящая грива, перехваченная на затылке кожаным ремешком. Взгляд всегда настороженный. Будь один глаз прикрыт кожаной заплаткой, и сходство оказалось бы полным.

Ш’янт искренне не понимал, зачем Граци оставался в своем истинном облике и не использовал способности отца. Тот спокойно превращался в человека и ходил среди людей, что сыграло не последнюю роль в отношениях со смертной женщиной.

Граци же упорно не хотел менять хвост на пару ног.

Брезговал? Мрак его разберет.

На столе вспыхнула еще одна бумажка. Ш’янт завороженно наблюдал, как огонек скользнул по крепкой руке змея и скрылся в ладони, не причинив ему вреда. Если бы Граци захотел, то мог бы спалить всю столицу.

В этом змееныше было немерено магической дури.

Поправив шелковую рубаху, стянутую на поясе широким черным ремнем, Граци бросил на Ш’янта неодобрительный взгляд.

На лице читалось горькое разочарование, ведь навредить бесплотному существу невозможно, а очень хотелось.

Ниже пояса кольцами скручивалось змеиное тело, отблескивавшее в свете настольной лампы угольной чернотой. Вдоль лоснящихся боков тянулись две алые полосы. Кончик хвоста нетерпеливо выстукивал странный ритм.

Скрестив руки на мощной груди, Граци оперся о стол. Дубовая столешница жалобно заскрипела под внушительным весом.

Кабинет был роскошным и светлым, занимал весь второй этаж старого особняка в центре «Ручьев».

Змей любил простор и терпкий запах сирени, громоздившейся в вазах повсюду, даже занимая некоторые книжные полки.

Сделав во время войны целое состояние на ядах и оружии, он теперь заправлял всеми делами в квартале, контролируя каждую мелочь, каждого воришку, попрошайку или убийцу.

«Без Граци «Ручьи» стали бы куда безопаснее» – так могли сказать многие.

«Но и куда скучнее» – парировал бы Ш’янт.

Змей был на своем месте. Только благодаря ему, иномирцы не голодали и не перегрызли друг другу глотки.

– Что тебе надо, Зима? Уж не решил ли ты просто навестить старого друга?

Уголки губ Граци приподнялись, обнажив белоснежные клыки. При желании он мог перекусить человеку шею. Ш’янт не раз видел, как жуткая пасть, умело замаскированная под человеческий рот, раскрывалась на всю ширину, чтобы полакомиться добычей.