Танцы на Цепях

Стянув куртку, она краем глаза заметила, как дрогнула тень за спиной.

Сомнения, родившиеся минуту назад, развеялись.

– Ты здесь? – вопрос прозвучал тихо, даже робко.

– Можешь не сомневаться, – голос доносился откуда-то из угла. Безымянная попыталась уловить интонацию, но иномирец больше не произнес ни слова. Повисшее молчание давило на плечи, а в голове мелькнуло, что она даже не потрудилась узнать его имя.

Рука потянулась к стулу, чтобы повесить куртку, но даже не успела коснуться спинки, как промокшую одежку подхватили прямо в воздухе.

Подавив первый порыв заорать во все горло, Безымянная поспешно отскочила и отвернулась, старательно избегая смотреть на иномирца. Щеки обдало жаром стыда и негодования.

В конце концов, это ее комната!

Волна горячего воздуха прокатилась от стены к стене, огладила обнаженные плечи, зарылась в волосы. В комнате стало душно, в горло скользнула теплая влага.

– Высушить надо, а то завтра возникнут вопросы, – хмыкнул иномирец, – снимай штаны.

– Что? – от удивление и страха по коже побежали мурашки.

– Штаны снимай, оглохла что ли?

– И не подумаю! – прошипела Безымянная, прижимаясь бедром к углу стола.

– Я могу и не просить, – она спиной чувствовала чужое движение, горячие волны, накатывавшие при каждом шаге. Сжавшись, словно в ожидании удара, наблюдала, как сверху нависает внушительная тень, – или сама разденешься, или я тебя раздену. Вот только во втором случае я за целостность этих тряпок не отвечаю.

– Тогда отвернись!

Иномирец удивленно хохотнул.

– Что я там не видел? И ты для меня мелковата – кожа да кости.

В горле встал ком обиды. Совершенно неожиданной детской обиды.

Она, конечно, была далеко не красотка, да и формами не могла похвастаться, но даже за глаза никто никогда Безымянную так не унижал.

Словно кто-то с размаху хлестнул по лицу мокрой тряпкой.

Резко обернувшись, она впилась в мужчину ненавидящим взглядом.

Губы дрожали от горечи и негодования, рот сам собой открылся – того и гляди посыплются проклятья. Любые!

Только бы вспомнить парочку цветистых выражений, что использовала матушка!

– Ты! – слово со свистом сорвалось с губ, – ты…!

Она едва ли отдавала себе отчет, что стоит перед совершенно незнакомым мужчиной, обнаженной по пояс. Сжав кулаки и отчаянно покраснев, Безымянная могла лишь топнуть ногой и тихо зашипеть от ярости.