Танцы на Цепях

Стоило только ей шевельнуться или поморщиться во сне, как сотни крошечных золотистых волн покрывали облик легкой рябью, отчего блеск только усиливался. Страшно и волнующе представить, как она будет выглядеть в движении. Почему‑то сегодня, по дороге в комнату, он не додумался посмотреть. Больше таращился по сторонам.

Но и в этой странной красоте был изъян. Даже ткань покрывала не могла скрыть красного пятна на груди, от которого к иномирцу тянулась паутинка связи. Печать пульсировала, стоило только приблизиться, но если отойти далеко, то нить болезненно натягивалась, как было в темнице.

В те дни, когда мелкая не приходила, Ш’янт маялся болью и медленно терял рассудок. Стоило скорее проверить, как далеко можно отойти, иначе на Изнанке связь могла превратиться в настоящую проблему.

Мгновение, и он уже у противоположной стены: перекинулся в тень по соседству. От резкой смены картинки закружилась голова, но к этому быстро привыкаешь.

Он старался не смотреть в окно, на башню, хотя спиной чувствовал тошнотворное притяжение, будто кто‑то сдавливает шею и пытается повернуть голову в нужном направлении.

Первородная ждала.

Да, Изнанка была полна щелей и разрывов. Высмотреть крохотную дверцу, ведущую на свободу, не составило бы труда. В одиночку он бы это сделал, не задумываясь, но иномирец был не один. Как Изнанка отреагирует на человека, да еще и такого необычного – оставалось только гадать.

Сон Первородной уже не казался таким глубоким. Кто знает, каким фокусам она обучилась за столетия забвения.

Кто знает, как ее душа исковеркала и без того нестабильный мир Изнанки. Какие кошмары Первая королева принесла туда? Позволит ли она гостям уйти?

Нет, конечно. Глупо даже надеяться.

Оставалось еще обещание Граци, но, мрак его раздери, дурное предчувствие диктовало уносить ноги, не соваться в Беренганд! Вернуть иномирцев домой – благородно, но какой ценой? Ш’янт едва ли был готов ее заплатить. И силы к нему не вернулись. Точнее, вернулись не все. Попасться на глаза Первородной в таком состоянии – все равно что подставить шею под удар топора.

Граци не мог знать. Никто не мог, кроме Артумиранс, но та промолчала, так что пусть теперь со своим ручным змеенышем сама разбирается!

Снова шагнув в комнату, Ш’янт вдохнул полной грудью и выглянул в окно. Скоро заалеет восход.

И им пора было идти.

Хватило одного касания, чтобы мелкая распахнула глаза. Выглядела она измотанной, но еще больше – изумленной его ночными действиями.