Несмеяна

Теперь мы стояли друг напротив друга, мокрые и растрепанные, мне было холодно и очень неприятно, потому что я ощущала нечто странное, исходящее от Ивана…

- Что ты увидел? – упорствовала я. Но он не хотел отвечать.

- Давай закроем эту тему, ладно?

Вот как... А ведь все это время он был так дружелюбен со мной, так откровенен. Но не хотелось думать, что я нафантазировала лишнего. Тут что-то другое. И все-таки я продолжала задавать вопросы.

- Как ты думаешь, Ваня, что этой рыжанке было нужно от нас?

Он пожал плечами.

- Понятия не имею. Но мне, Яна, все это очень не нравится. Знаешь что… давай-ка повернем назад.

- Назад? Хочешь сказать, что мы не пойдем к Змеиным горам?

- Нет, я передумал.

- Не хочешь рисковать?

- Именно так. Тем более, подвергать риску тебя.

Я не ответила. Иван Рябинин представлялся мне совсем другим. Упорным человеком, который, если поставил перед собой цель, непременно пойдет до конца… с песнями и смехом. Да и в конце концов, разве тот «дурак» из сказки хоть раз отступил перед каким-нибудь, пусть даже самым страшным, препятствием? Таков и Рябинин.

И вдруг такая холодная рациональность, да еще и маскирующаяся под заботу?

- Может быть, переждем? – предложила я ему. – Вновь разожжем костер. Утро вечера мудренее, как в сказках говорится. Как-нибудь переживем уж эту ночь – летние ночи короткие. А утром…

- Ты что, прямо горишь от нетерпения отыскать эту спящую красавицу? – перебил меня Иван. – И тебе так сильно хочется, чтобы я нашел ее и разбудил поцелуем? Странные вы, девушки.

Он засмеялся, и у меня мороз прошел по коже. Это был не тот смех, что грел мне душу – теплый, звонкий, искренний. Тот Рябинин, что был передо мной, смеялся жестко и неприятно.

- Ты… не Иван!

Осознав это, я похолодела. И тут же инстинкты опередили разум. В страхе я помчалась прочь от этого «нечто», представлявшегося мне Иваном. И, конечно, кинулась туда, где можно было укрыться от взора этого существа – в Темный лес.

Глава 8. Дом Зареславы

Я скользила на мокрой траве, спотыкалась о корни, падала, поднималась, продиралась сквозь заросли.

В душе было так же глухо и темно, как и вокруг меня. Мне хотелось кричать, звать «моего» Ивана, но я боялась, что отзовется тот, другой…

Наконец я выбежала на какую-то поляну, прислонилась спиной к дереву и так стояла, с трудом переводя дыхание. Потом огляделась. Поляна была залита лунным светом – нереальная красота и тишина, изредка разбавляемая отголосками лесных звуков. Благоухали ночные цветы.