Предания серебряной птицы (Сны хрустальных китов том 1)

И как бы Ир-Эри не уговаривал себя, что раньше он носил обувь намного менее удобную, всё ему казалось, что ноги ужасно сдавлены и потеют.

- Поднимись, - едва новый слуга занял нужное положение, потребовал шерхез. – Благородный господин Ро-Верр рассказал тебе, что от тебя требуется?

- Всё, как вы просили, - а вот помощник даже головы не склонил.

- Хорошо. Сядь. – Голос повелителя вовсе не походил на женский. Довольно низкий, глубокий и какой-то обволакивающий. Мальчишка даже заслушался. – Налей мне кофе.

Теперь себе.

- Господин! Разве это правильно, переводить столь драгоценный напиток на какого-то… раба! – возмутился старик. Шерхез недовольно вскинул бровь, и этого хватило, чтобы помощник принялся извиняться: - Простите, как будет вам угодно.

«Пока доволен этот юнец, никто не смеет меня обидеть», - догадливо улыбнулся про себя Ир-Эри. Он без всякого стеснения взял кофейник и осторожно наполнил обе чаши, впрочем, себе всё же налил немного меньше. От дурманящего запаха, поплывшего по лазуритовой комнате, у воришки закружилась голова.

Едва дождавшись, пока шерхез сделает первый глоток, Ир-Эри присосался к чашке.

- Ты раньше пил его? – Лицо непроницаемо, но в голосе слышится заинтересованность. – Обычно все, кто впервые пробует кофе, морщатся.

- В моей жизни было столько горечи, что вкус этого напитка кажется невероятно сладким, - ловко ускользнул от прямого ответа воришка.

Шерхез приподнялся на локтях, потом сел. Кажется, подобного ответа от нового раба он совсем не ожидал.

Положив в рот кусочек воздушного печенья, пожевал и с энтузиазмом принялся забрасывать мальчишку новыми вопросами. Кофе давно остыл, сладости успели заветриться, а Ко-Сурр всё спрашивал и спрашивал. О жизни за стенами дворца, о людях, что встречались на пути воришки, о нём самом.

- Ты говоришь так, как говорят благородные господа, - признал шерхез. - Либо ты очень внимателен в искусстве подслушивания, либо скрываешь от меня какую-то тайну. Так или иначе, но я это выясню.

Иди, отдыхай. Но завтра в полдень ты должен явиться в мои покои. Более всего я ненавижу две вещи: враньё и опоздания. – С этими словами повелитель поднялся на ноги и, прошествовав мимо вскочившего вслед за ним мальчишки, удалился прочь через одну из боковых дверей.

На следующий день, едва Птичий Глаз коснулся шпиля городской колокольни, и она от радости заголосила, возвещая полдень, Ир-Эри уже сидел у дверей хозяйской спальни.