Ангел - стажер

Присмотревшись, я заметила, что у одних глаза были закрыты какими-то огромными штуками, а у других — уши. Очки и наушники, буркнула память, не удосужившись объяснить, что это такое. Ага, с гордостью догадалась я сама, наверно, им проще учиться, не читая, а видя или слыша, как на занятии. Ну вот, я же говорила — здесь у каждого есть право выбора! И у меня тоже — учиться на ходу.

Впрочем, мой выбор, судя по всему, оказался более чем необычным. Для начала, за все время своего выхода во внешний мир я не то, что не встретила — не увидела ни одной живой души на тех дорожках.

И потом те студенты, которые заметили меня, провожали меня абсолютно изумленными взглядами. Один даже из комнаты вышел, вытянув шею мне вслед.

Очень мне неуютно стало под этими взглядами — я ведь, как будто, о занятиях подумать вышла, а сама смотрю вокруг, забыв обо всем на свете. Нет, пора возвращаться!

Я вдруг замерла на месте. А как я теперь свой дворик найду среди всей той буйной растительности? Я резко развернулась и быстро пошла назад, стараясь подавить панику.

Сначала добраться до дикой части, там я совсем недолго шла, и мой ярко-белый столик наверняка должен хоть краешком среди веток мелькнуть…

Высматривать белое пятно в зелени кустарника мне не пришлось. Я еще издалека заметила несколько сломанных веток и окончательно расстроилась. Вот хотела попросить Бабочку, чтобы и мой дворик в порядок привели, а теперь неудобно. Она меня просила сообщать ей о дискомфорте, а не крушить все, самостоятельно устраняя его. Придется завтра аккуратнее выбираться.

К своему огромному удивлению, я вдруг поняла, что у меня и мысли не возникло отказаться от своих прогулок. Вот только пойду я теперь к тем деревьям — там некому будет меня разглядывать. Напоследок я еще раз оглянулась на них, пытаясь понять ощущение, которое они у меня вызывали. Притяжение, буркнула память, и почему-то мне не нужно было объяснять это слово. Эти деревья просто манили меня — простором и покоем. Завтра!

Глава 3.3

Сосредоточиться в тот день мне больше так и не удалось, но я сделала все, что смогла, чтобы хоть повторить в памяти все, что от преподавателя услышала.

На следующий день, сразу после занятия, я ринулась к себе в комнату, затем во дворик и — на этот раз очень осторожно — вынырнула наружу. Нервно оглянувшись, не повредила ли я еще что-нибудь, я вдруг не обнаружила ни одной сломанной ветки. Интересно, если их убрали, нельзя было и остальные ветки подстричь? — опять проснулось раздражение.