Цвет моей магии

Не рассказывать же Золлину, что я за все эти годы так и не смогла побороть зависть к этой веселой молодежной жизни, когда мир вокруг тебя полон красок, друзей, любви, знаний…

– Кстати, почему тот странный тип постоянно отирается у вас в библиотеке?

– Ты о господине Шаасе? Почему ты о нем спрашиваешь?

– Знаешь, Мара, – собеседник помедлил, – у меня чутье на таких людей.

– Каких?

– От которых нужно держаться подальше. Что ему у вас нужно?

– Книги он читает, – пожала я плечами.

– А именно? – мне показалось, или в глазах Кертана мелькнул профессиональный интерес?

– Я не библиотекарь и понятия не имею, какие книги Шаас берет, – огрызнулась я.

– О чем он с тобой разговаривал?

– Ты меня позвал, чтобы о Шаасе поболтать?

– Прости, – Кертан опустил голову и взял в руку мою ладонь. – Расскажи лучше, как прошел твой день?

«С твоим Шаасом общалась», – хотелось ответить мне. Но Кертан смотрел на меня так нежно и тепло, что нежданная злость, овладевшая мной, растаяла.

– Обычный день. И хороший вечер.

В твоей компании.

Не думала, что так радостно будет наблюдать, как в глазах моего собеседника разгораются искры.

– Я хотел бы почаще проводить с тобой вечера, Мара.

Что я могла на это ответить?

Глава 10

Привычно нагруженная ведром и тряпками я вошла в приемную комнату. Да, снова настал мой черед прибираться в кабинете директора.

– Доброго дня, Надир, – как обычно пробормотала я, – надеюсь, Даррел не скоро вернется?

В ответ мне раздался лишь странный звук – то ли стон, то ли скрип.

Надир сидел за своим столом, но вид имел очень нездоровый.

– Что такое? – я поставила ведро на пол и подошла к секретарю.

– Замени меня, – сдавленно просипел Надир и, покачиваясь, поспешил к двери. Даже я видела, что парень был ужасно бледен.

– Отравился чем-то?

Но секретарь уже исчез в коридоре.

Я обошла стол и сделала вид, что вытираю с него пыль. Поправила пачку бумаг. Сложила в ряд карандаши. А потом, подстрекаемая любопытством, осторожно приоткрыла ящики стола. Чего в них только не было! Бумага для записей, целая упаковка карандашей, печати, канцелярские ножи.

И ключи. Несколько связок ключей. Я приподняла самую тяжелую связку. Вряд ли они от директорского кабинета. А в самом низу лежал ключ, который я сразу опознала.

Единственный раз я видела, как господин Дарелл отпирал дверь хранилища древних книг. Я бы ни за что не запомнила, как выглядит ключ от него, но среди всех остальных он отличался полным отсутствием каких-либо узоров.