Ледяное сердце

Иногда он все же заходил, чтобы заставить меня поесть, бросался угрозами, что лично заставит меня проглотить все до последнего кусочка. Вот и сегодня он что-то рассказывал, но я лишь без интереса рассматривала собственные колени.

Неожиданно Даррен мягко приобнял меня за плечи. Да подобной нежности он опускался довольно редко.

— Все ошибаются, — вдруг сказал он, и на этот раз я его услышала.

— Ты газету читал? — дрожащим от слез голосом спросила я.

Рэн нахмурился.

— Какую?

Нехотя кивнула на прикроватный столик.

Даррен тут же подхватил ее и пробежался глазами.

За эту неделю я успела о многом подумать. Например, о том, что ошиблась все-таки я, а не Леон. Разве я позволила бы ему умереть? Не поступила бы так же на его месте? Он дал мне шанс быть счастливой... хотя бы во сне. Дал мне то, в чем я так нуждалась... Любовь.

Вчера я надела одно из лучших платьев, подаренных Найришей, соорудила замысловатую прическу и даже опробовала яркую помаду. Отродясь не пользовалась косметикой, но хотелось выглядеть для него совершенно.

Но на другие тюбики терпения не хватило, уж очень хотелось увидеть Леона.

С бешено бьющимся сердцем я уже продумывала, как побегу к Даррену и попрошу его отправить меня к Леону. Но вдруг на стол с потолка свалилась свежая газета... Взгляд сам зацепился за обложку.

Леон стоял в обнимку с какой-то изысканной леди. Бездна, да она превосходила меня во всем. И явно умела краситься лучше моего. Мучая саму себя, я с десяток раз прочла статью, ставшую мне ненавистной.

И, кажется, уже помнила ее наизусть.

Рэн щелкнул пальцами, и газета обратилась в пепел.

— Нам с тобой приписывали роман десятки разных государств, золотко. Иногда пресса просто пресса. И слухи — просто слухи. Да и стал бы он взламывать мою защиту как раз на том уровне, где я спрятал тебя? — негодующие всплеснул руками он.

— Он что?! — вскричала я. — Но почему ты...

— Почему не пускаю? Да так, решил проверить защиту дома. Придется менять, — пробормотал он и исчез.

В то же мгновение из тени шагнул Леон.

Выглядел он уставшим и совсем не безразличным... Наверное, впервые он смотрел на меня так, будто я представляла для него величайшую ценность.

Сама не понимая, что делаю, спрыгнула с кровати и бросилась к нему.

— Мне так жаль... мне очень-очень жаль, — все шептала я, прижимаясь к его груди, вдыхая родной запах.

— Думал, что ты зарядишь меня вазой, — хрипло произнес Леон, зарывшись в мои волосы. — Ну или хотя бы пошлешь к Бездне.