Единственная для принца. Книга 3

Зиад замер, уперев глаза в стол. Не мог он дальше переступить через себя, не мог! Умолять? Уговаривать? Нет. Невозможно! Старшенький молчал, покачиваясь на стуле – явственное поскрипывание было тому доказательством. Помощь пришла с неожиданной стороны – от второго принца, что всё это время молча сидел за столом.

– Брат, ты не знаешь кому поручить это дело? Давай я проведу гостя по дворцу.

Второй принц намного лучше владел бенестари {язык Бенестари}, и Зиад понял его без труда. Старшенький глянул на брата с сожалением – видимо, младший поломал всю забаву.

Потому, наверное, больше ничего требовать не стал. И, поднимаясь со скрипнувшего стула, бросил:

– Хорошо. Проводи.

Перла снова судорожно вздохнула. То ли от сдерживаемых слёз, то ли от облегчения. Вздохнула прямо в спину уходящему старшенькому. И он, будто в ответ на этот тихий звук, тут же развернулся, уперев взгляд своих линялых глаз в посла. На его лицо стал наползать улыбка, полная новой издёвки. Зиад, если мог , закатил бы к потолку глаза – до чего же неприятным был это этот человек, до чего же хотелось схватиться с ним в рукопашной! Или на мечах.

Или может?.. Мысль Зиада унеслась в мечты о том, как лучше было бы сразиться с Варгеном-Фойга, и поэтому вопрос он не понял.

– Посол. Что в комнате делаешь?

Глаза от удивления расширились сами. А принц издевательски улыбался.

– Что ты пыхтишь всё время?

Кровь отлила от лица. Пыхтит?

Значит, Перла была абсолютно права – его подслушивали всё время и слышали, как он упражнялся.

Плохо. Трудно поддерживать впечатление о себе как о слабаке, если все слышали, что ты всё свободное время тратишь на тренировки. Потом в голову ударила ярость и красные точки заскакали перед глазами: мало подслушивания, так об этом ещё и прилюдно заявляют!

Не бросился он дикой песчаной кошкой на подлеца только потому, что внимание привлекло движение. Это Перла повернула к нему голову. Её обычно почти спрятанные под нависающими веками глаза были широко открыты, губы безвольно подрагивали.

Но вот только ритм у подрагиваний был не истеричный, а вполне себе... ритмичный.

Он притушил свои эмоции и прислушался к чужим. Девушка чего-то от него ждала, что-то хотела. Ожидание, тонкое и хлёсткое, будто жалящее. Что? Чего она ждёт? Зиад сжал кулаки. Сжал так, что заныли плечи. Что она хочет сказать?

Её эмоции помогли ему вспомнить: его магия. Мысль вспыхнула молнией и будто осветила возможности, которые открывал такой вот хамский вопрос старшего принца.